Анд­русь Такінданг ба­чыць сэнс існа­ван­ня ў ра­дасці. Яго баць­ка з Рэс­публікі Чад. Маці з Бе­ларусі. Вось і Анд­русь раз­маўляе па-бе­ларус­ку, а сваё жыц­це прыс­вя­чае мас­тацт­ву — грае ў гур­тах «Re­cha» і «Га­ротніца», ма­люе, піша вер­шы. Анд­русь ма­рыць, каб на вуліцах Мінска бы­ло больш му­зыкаў і, як вынік, ед­насці гра­мадс­тва. Яго мінскі марш­рут — гэ­та сво­еасаблівая су­вязь паміж учо­ра, сён­ня і заўтра.

(да­лее...)

«Боль­шой» про­дол­жа­ет изу­чать по­та­ен­ные угол­ки Минс­ка. На этот раз мы об­ра­тились к ис­то­рии Зе­лено­го Лу­га, где об­на­ружи­ли бе­лорусс­кий «Дис­ней­ленд», ма­дагас­карс­ких та­рака­нов, ма­газин «Ло­сины» и дом с кан­ни­бала­ми.

(да­лее...)

З му­зыкан­там, пісь­меннікам і прос­та мульцікуль­тур­най асо­бай Ля­вонам Воль­скім мы суст­рэліся ў ра­ёне Пушкінскай — на Адоеўска­га, 22, дзе прай­шло дзяцінства рок-ле­ген­ды. Ля­вон уз­га­даў пра гульні свай­го юнацт­ва, вяс­ко­вых ба­булек, пункт пры­ёму шкла­тары, па­цаноў з ра­ёна, а так­са­ма вы­казаў свой пог­ляд на су­час­ны мінскі двор.

(да­лее...)

Минск ли­шил­ся ис­то­ричес­ко­го па­мят­ни­ка, ко­торый так и не ус­пел стать па­мят­ни­ком ар­хи­тек­ту­ры. Из лес­но­го мас­си­ва в Сте­пян­ке ис­чезла да­ча быв­ше­го гла­вы ми­нис­терс­тва гос­бе­зопас­ности БССР Лав­рентия Ца­навы. По­гова­рива­ли, что в этом мес­те наш­ли смерть мно­гие бе­лору­сы. Дос­то­вер­но из­вест­но, что на да­че со­рат­ни­ка Бе­рии был убит ак­тер Ми­хо­элс. «Боль­шой» на­писал ре­пор­таж-нек­ро­лог с вкрап­ле­ни­ями мис­ти­ки о до­ме-приз­ра­ке, ко­торый за­кон­чил свое су­щест­во­вание так же аб­сурд­но и ско­ропос­тижно, как и ее вла­делец — «Лав­рентий вто­рой». (да­лее...)

Пер­со­наль­ный опыт эк­зистен­ци­аль­но­го гос­тепри­имс­тва

Татьяна За­мировс­кая встре­тила в Минс­ке мос­ковс­кую пи­сатель­ни­цу Доб­ро­ву и де­вуш­ку с фа­мили­ей Рад­зи­вилл, и предс­та­вила на суд чи­тате­лей «Боль­шо­го» оп­ти­маль­ную экс­кур­сию по мос­ковс­ким сте­ре­оти­пам о Бе­лару­си.

(да­лее...)

Муф­тий Абу-Бе­кир ША­БАНО­ВИЧ сов­сем не прочь, что­бы его на­зыва­ли Бо­рисом Ива­нычем. Так его ве­лича­ли в со­ветс­кие вре­мена, ког­да он был ком­му­нис­том и учи­телем физ­куль­ту­ры. Да­же ког­да та­тарин возг­ла­вил Му­суль­манс­кое ре­лиги­оз­ное дви­жение в Рес­публи­ке Бе­ларусь, он по ста­рин­ке ос­тался для мно­гих Бо­рисом Ива­нычем. О та­тарс­ком прош­лом Минс­ка, гряд­ках на Кол­хозной, раз­ру­шен­ной ме­чети и тай­ном празд­но­вании Ра­маза­на в БССР муф­тий расс­ка­зал Вя­чес­ла­ву Кор­са­ку. (да­лее...)