Посылка. Кинотеатр повторного фильма
27 сентября 2015 Культура

Посылка. Кинотеатр повторного фильма

+

Отметив очевидные переклички с Хичкоком, Линчем и Кубриком, Анна Ефременко хотела было выключить «Посылку» — так утомительно и перегруженно смотрелась вторая половина фильма. Любопытство все же взяло верх. «Большой» же не рекомендует смотреть этот фильм особо впечатлительным особам.

Молодой режиссер Ричард Келли в 2001 году снимает пред­апокалиптическую историю подростка «Донни Дарко», которая моментально становится культовой, а автор получает кредит доверия, по-хорошему так и не оправданный на все сто. Подняв на щит первую полнометражную работу Келли, критики не скрывали опасений, дескать, с таким дебютом дальше надо прыгать выше головы. «Посылка» окончательно расставила все точки над «i»: прыгун из Келли не ахти.

Пересказывать сюжет фильма в общественных местах не рекомендуется — гарантированно словите на себе косые взгляды окружающих. Фабула ленты взята из рассказа выдающегося американского писателя Ричарда Мэтисона «Кнопка, кнопка». С одной поправкой: на историю о трудностях морального выбора Келли взгромоздил череду смежных линий с правительственными заговорами, временными порталами, внеземными цивилизациями, устрашающими предзнаменованиями и далее по списку. Неспешно режиссер затолкал весь этот арсенал в тихую двухэтажную Америку с тостами на завтрак.

06

И если раньше Келли проделывал те же фокусы с восхищающей филигранностью, то сейчас мучительно озираешься в поисках пульта от телевизора. Достоевские мотивы, замаскированные в первой части фильма, там же и остаются, уступая место иррациональному беспределу, который, пожалуй, только Келли и интересен.

Вечно жаждущий препарировать изменения личности перед апокалипсисом режиссер в «Посылке» не может скрыть собственного бессилия. И не решаясь дать какое-то одно объяснение царящему балагану, берет в итоге все сто, отчего еще крепче увязаешь в болоте повествования. Поклонники старого доброго Келли могут утешиться лишь мелочами, наподобие инфернальной надписи на машине, оптимистично заявляющей «No exit», и виртуозными крупными планами.

box-2

Интересно, что…
1. Главных персонажей Келли «списал» со своих родителей: мать, как и Норма, в результате несчастного случая лишилась пальцев на ноге, а отец, как и Артур, работал в НАСА, где разрабатывал космический аппарат.
2. Увлечение кино у Келли началось после просмотра картины «Бразилия» Терри Гиллиама. Режиссер признавался, что именно у Гиллиама он научился уделять внимание деталям в кадре, мол, каждый кадр по итогу должен быть столь совершенным, чтобы его можно было повесить на всю стену в гостиной.
3. Любопытно, что в трейлере фильма звучит трек «Hello, Zepp» Чарли Клозера, являющийся главной темой кинофильма «Пила». Впоследствии критики подмечали, что связь между этими двумя триллерами значительно глубже, нежели только музыкальная.

Ощущение потерянности Келли наиболее точно выразил еще в «Донни Дарко», поэтому любые последующие рассуждения на заданную тему выглядят по меньшей мере вторичными. Добавлю, что «потерянные 80-е» в его ранних работах выглядят куда убедительнее, чем «потерянные 70-е» в последней. Увлекшись стилизацией под ретро-фэнтэзи в «Посылке», Келли забыл довести до ума дюжину сюжетных линий, что непростительно в картинах, где один из главных мотивов — параноидальное шизофреническое состояние героев. Подобные проблемы нередко преследуют молодые таланты, получившие карт-бланш после удачного дебюта.

24

Оговориться все же придется: несмотря на провал в прокате и скудные сборы в США и мире, зрительский потенциал у картины «Посылка» имеется. Явный поклонник Хичкока и Линча, Келли нежно разбрасывает то там, то тут саспенс и создает ощущение беспокойства. Любители триллеров оценят загадочные фигуры в окне, зловещий саундтрек и череду классических жанровых приемов.

Цитаты:
«Если человеческие существа не могут не и хотят жертвовать лчными желаниями во благо всего вида, у нас нет шансов на выживание».
***
«В последнюю комнату можно войти двумя способами: свободными и несвободными. Выбор за вами».

На выходе все равно сложно определить, на какую публику рассчитывал Келли. Апологеты заумных психологических триллеров будут раздражаться от фантастической мишуры, фанаты фильмов ужасов и беспредельного «мочилова» будут сетовать на отсутствие оного, приверженцы запутанных сюжетов потеряются в дебрях келлиевского повествования. Словом, получается кино для равнодушного терпеливого киномана, который принципиально не уходит с середины сеанса и всегда досматривает до конца финальные титры. Притом, разразится ли он впоследствии бранной лексикой или нет, Келли уже неинтересно.

+