Татьяна Замировская о новом альбоме The Knife  «Shaking The Habitual»
8 августа 2013 Культура

Татьяна Замировская о новом альбоме The Knife «Shaking The Habitual»

+

Музыкальный критик Татьяна Замировская делится мнением о новом альбоме The Knife "Shaking The Habitual".

Первый полновесный альбом шведского дуэта, вышедший после эпохального «Silent Shout», через семь лет после того, как мир решил, что странность, криптоконспирология и смесь электронно-танцевальной музыки с замедленной судорогой — это круто и правильно. Была еще демиургическая психо-опера по Дарвину, но это другой жанр. За эти семь лет Карин Дрейер Андерссон и ее брат Олоф Дрейер обросли неслабой мифологией и несколькими волнами последователей.

Самое главное в The Knife — даже не этот скрипучий, нечеловеческий вокал, пропущенный будто через толщи перегородок между мирами (как будто до вас кто-то пробует докричаться с того света) и не страннейшее сочетание бездушной электроники с очень человеческими эмоциями: неуверенностью, смятением, вселенским стыдом за диковатость всего, происходящего с миром. Особенно привлекала в них мистическая, ритуальная составляющая — конспирологичность окутывала их творчество так естественно и просто, будто это не шведский поп, а британский индастриел тридцатилетней выдержки. На сцене там обычно творилось непонятно что (тени, проекции, неясные фигуры в нехорошей одежде), интервью давали чумные доктора и люди-птицы (особенно всех сразила маска Карин со стекающим, расплавленным лицом), все это было похоже на сектантство с элементами карнавала, жертвоприношения и масленицы. Сайт Pitchfork называл их стилистику «electronightmare» — ну да, так и было, постчеловеческая, постэмоциональная музыка, но легкая для восприятия.

The_knife_shaking_the_habitual_artwork_2013

Тут то же самое, но с восприятием посложнее. Альбом многие критики сравнивают с «радиохедовским» эпохальным Kid A — аналогично революционным образом этот выпадающий из канонов диск легализует всякую сумрачную чушь, но если бы только сумрачную чушь! Эта неуютная, как кажется многим, музыка, по сути, продолжает ту психопатичную оперу по Дарвину, но на более антропоморфном уровне — Олоф все эти годы занимался в Стокгольмском университете гендерными исследованиями, поэтому в альбоме есть цитаты из Фуко, постфеминизм, квир-теория, структурализм, инвайронментализм и прочий дискурсивно-гендерный фэншуй. Группа уверена, что в альбоме навалом политики, критики шведского общества и общества вообще, а также дерзостей в адрес королевского семейства, ядерного оружия, экономических союзов и коммерциализации искусства. Не знаем, но мы нашли, например, пару песен о любви — видимо, у нас плохой английский. Или гендерная идентичность пошаливает.

Что касается музыки альбома — не бойтесь, здесь есть неплохие песни, несколько тяжеловатых для восприятия буйно-эмбиентных пьес и незаметных сомнамбулически-эмбиентных, дронирующих композиций.

При всем этом ужасе альбом по-своему очарователен. Мелодии здесь есть, они милые и даже немного вздорные — местами Карин настоящая Кейт Буш и Питер Гэбриел в одном лице, а местами The Knife — что-то вроде последователей Coil. Если половина альбома звучит, как Кейт Буш, а половина — как Coil, — это круто, но что в этом революционного? Так, дикие эзотерические восьмидесятые, домотканая жуть, холодный клетчатый плед. «Ох, уж лучше слушать Пукста до конца жизни», — сообщил только что по телефону один деятель белорусской музыкальной культуры, узнав, на какой диск я пишу рецензию.

+