Татьяна Замировская о шестом альбоме The National  «Trouble Will Find Me​»
9 августа 2013 Культура

Татьяна Замировская о шестом альбоме The National «Trouble Will Find Me​»

+

Колумнист Татьяна Замировская делится впечатлениями о шестом альбоме The National "Trouble Will Find Me​".

Шестой альбом американской группы The National — самый мудрый и печальный в их дискографии. Видимо, мудрость выдана в обмен на молодость и надежду на светлое будущее. С надеждой в этих мрачных песнях туго — зато и самолюбования фонтанирующей юности здесь нет, зато цветут пышными кустами меланхолия, депрессия, тлен и пустота.

Групп, которые играют меланхоличную суетливую музыку, было много, но выжили именно National. То ли за счет особо проникновенной лирики и мягчайшего баритона Мэтта Бернингера, то ли из-за относительной монументальности своего творчества. Это просто какой-то дворец печали и спорта: белые колонны, мертвые лебеди скользят по реке забвения, экзистенциальная тоска, мрачнейшие тексты о фрустрации. Музыка при этом манящая и уютная, пусть в ней и воспевается неуютность бытия как главнейшая его составляющая. Приятный контраст —конфета, полная горечи, пончик с полынным повидлом, сахарная вата из соленой печали.

trouble-7777

Основное настроение альбома —ужас и спокойствие. Это застывшая, спокойная музыка. Слушая ее, ощущаешь себя посетителем фестиваля ледяных скульптур. Но в этой магической статике есть и эмоции, причем проникновенные, как в песне I Should Live In Salt (Мэтт утверждает, что это о взаимоотношениях с братом). Здесь прямая отсылка к жене Лота, обернувшейся на город и превратившейся в соляной столп. Не оглядывайся, сообщают нам, все придется оставить и всю жизнь чувствовать стыд, что не обернулся и не стал соляной глыбой. По сути, National выдают музыку преодоления, смывания воспоминаний.  Не случайно в одной из песен Мэтт умоляет оставить его наедине со своими демонами. Отсылок к мифологии и литературе тут предостаточно — одна из лучших песен альбома, например, Don’t Swallow The Cap («Не проглоти колпачок!») явно про Теннесси Уильямса, который умер в гостинице в одиночестве, от того, что ему в горло попала пробочка от пузырька то ли со снотворным, то ли с успокоительным, то ли и вовсе с глазными каплями. Этот клаустрофобичный трек при всей своей расслабленности натянут, как пружина, — с постпанковым битом и мелодикой в духе ранних The Cure. Все композиции альбома аналогичны по структуре — плавная, мягкая и ровная мелодика нанизывается на суетливый, потусторонний, глуховатый ритм и еще более отстраненные оркестровки со струнными.

Тексты альбома заслуживают отдельной похвалы — несмотря на бормотание и фрустрацию, Мэтт предпочитает называть вещи своими именами, его метафоричность предельно ясная. «Хотите увидеть, как я плачу — включите мне Let It Be или Nevermind», — поет он в песне про колпачок. Да уж, это про всех нас, кажется. «У меня ровно две эмоции, — сообщает он в этой же песне. — Осторожный страх и мертвая преданность». В принципе, это две главные эмоции группы National вообще. Весь альбом — застывший, замерший, будто перед прыжком в пропасть. Секунда перед падением — любимый жанр Мэтта: предельная концентрация на важном, которое сейчас пропадет и не будет иметь никакого значения.

Как так вышло, что, несмотря на некие оркестровые амбиции, аранжировки не убили мелодику и песни получились красивыми и простыми? Видимо, сами песни очень уж хороши. Судя по всему, The National выпустили один из самых красивых и пронизывающих, как предгрозовой летний ветер, альбомов года, и не слушать его этим летом — преступление.

+