Догони меня кирпич. Причины успеха фильма «Безумный Макс»
20 июля 2015 Кино

Догони меня кирпич. Причины успеха фильма «Безумный Макс»

+

«Большой» прокатился на новом аттракционе от Джорджа Миллера и понял, почему после «Безумного Макса» взрослые люди верещат как дети.

При определенных условиях можно допустить, что фильм, где герои почти не говорят и долго ездят туда-сюда по пустыне, — артхаус. Например, если его снял Звягинцев. Но тогда бы там пили и матерились, а это какой-никакой разговор. Или Ван Сент, но он уже снял «Джерри» с практически такой же фабулой. Или вот Тейлор-Джонсон, но тогда бы «туда-сюда» приобрело несколько девиантный характер.

И совсем сложно поверить, что фильм, в котором герои почти не говорят и долго ездят туда-сюда по пустыне, — один из самых кассовых блокбастеров лета. А снял его Джордж Миллер как продолжение нашумевшей франшизы «Безумный Макс».

Тем самым подавляющее большинство умников после просмотра получают сочную пощечину и решают, что их жестко изнасиловали. Впрочем, это не очень далеко от правды. С точки зрения высших киноманских смыслов «Безумный Макс» и не кино-то вовсе. В вечном конфликте формы и содержания Миллер не то что выбирает первое — он превращает форму в саму суть и делает фильм-функцию, который фильм только по средствам выразительности, на деле же это четкий механизм по адреналиновой выделке.

pic.afiМММsha

Понять, что эдакого в «Безумном Максе», как объяснить, почему ваша соседка — аспирантка мехмата — трижды в год ездит на концерт Slipknot. Фильм Миллера по заряду драйва не уступает как минимум выступлениям рок-группы средней руки. Подозреваю, что транслируй его на каком-нибудь крупном оупен-эйре, мы бы наблюдали нехилый слэм.

Фильм Миллера по заряду драйва не уступает как минимум выступлениям рок-группы средней руки.

У тех, кто месится под «Left Behind», и у тех, кто выходит после премьеры «Макса» со словами «Хочу еще!», приблизительно одна мотивация — удовлетворить потребность в выбросе адреналина. И Миллер без лишних претензий на глубину справляется с задачей. Поэтому перестаньте анализировать, вслушиваться в реплики и всматриваться в образы. Рассуждать здесь о качестве драматургии — занудство и тухляк, не свойственные даже вашей классухе. Но и в этом случае в картине найдутся мифологические корни, и политические параллели, и ярко выраженный феминистический настрой. Женщина по Миллеру в пост­апокалиптическое время уже не хочет быть «просто вещью». Тихо-тихо, нежные инстаграмовские котики, пока не пришел апокалипсис — можно.

И наконец, самые придирчивые могут заметить, скажем, что в первой трети фильм гонит на пятой передаче под гул разрывающегося мотора, а ближе к концу переходит на четвертую и маленько придавливает на тормоза. И это действительно мешает: как если бы три самых резких поворота на американских горках были на первом круге, а в остальное время вас бы просто носило на скоростях туда-сюда (подождите, Тейлор-Джонсон, пока рано).

kinopoisk

Вообще автомобильные метафоры — самое доступное средство восприятия фильма. Так повелось, что лучше всего Джорджу Миллеру удавалось снимать сцены погони. И вместо того, чтобы натужно выдумывать историю, он снял фильм, в котором сюжет и есть одна большая погоня. И не прогадал. Так снимать игру в догонялки умеет только Миллер: затягивать напряжение на бесконечные десятки минут, чередовать саспенс с еще более мощным саспенсом, заставлять вполне себе флегматичных особ вгрызаться в кресло — в любом случае очень талантливо. Даже если при этом героям «не хватило глубины».

И судя по тому, как зашкаливают рейтинги фильма на авторитетных для зрителя IMDb и Rotten Tomatoes, можно подумать, что «Безумный Макс» — это как «Побег из Шоушенка», только с Томом Харди вместо Тима Роббинса. А значит, и умываться придется кровью вместо слез — чтобы вы понимали, семейного просмотра не выйдет. Хотя если ваш сын — юный натуралист, а вы — папаша без предрассудков, можно засесть за просмотр и анализировать не то, что сделано, а то — как. Ибо «Безумный Макс» — это пир декоративного и фантазийного, где эстеты часами могут смаковать диковинные модели автомобилей будущего, а меломаны — вслушиваться в гитарный рев от Junkie XL.

Машины

The Gigahorse
два Cadillac Coupe De Ville 1959 года распилены, расширены и установлены один поверх другого под невероятным углом за счет использования гигантских двойных задних колес. два ДВИГАТЕЛЯ V8, объединенные при помощи самодельной коробки передач, которая позволяет совладать
с исключительной мощью этой машины.
Peacemaker
восемнадцатиколесное подобие танка с легким каркасом, на который водрузили подлатанный корпус от Chrysler Valiant Charger, добавив деталей от самолета Cessna.
The War Rig
Смесь фургона и хот-рода с двумя V8, поставленными в ряд, 6 ведущими колесами (всего их 18). Этот монстр не только перевозит грузы, но и является боевой машиной.
FDK
Форсированный Volkswagen с двигателем V8 — FDK используется в качестве конвоя для лимузина людоедов.
Cranky Frank
Радикально заниженный Holden Fj Rat Rod
с двигателем V8 и четырьмя воздухозаборниками несет команду из водителя, который ничего не видит из-за горы карбюратора и компрессора,
и бортового стрелка, глотающего пыль, который может скидывать на дорогу ленты с шипами.
Ploughboy
Инженерная машина, снабженная специальной завышенной подвеской для бездорожья, гарпуном и гидравлическим отвалом, который позволяет подцепить и протащить жертву до окончательной во всех смыслах остановки.

При этом новое детище Миллера — одновременно шаг вперед и двадцать шагов назад. На заре кинематографа братья Люмьер предлагали неискушенным французам аттракцион: в зале в полной темноте на них с экрана ехал поезд. Кто-то вскакивал с кресла, кто-то в страхе закрывал глаза, другие вовсе бежали что есть мочи. Миллер в продолжении «Безумного Макса» предлагает примерно то же самое — прокатиться на аттракционе и испытать неведомый доселе в кино прилив адреналина.

И как будто бы не было этих десятков лет эволюции — вы верещите как дети. И только самые снобы из вас думают, как делать то же самое, но при этом не потерять лицо. Лайфхак — смотрите Звягинцева.

+