Кинотеатр повторного фильма: «Терминатор: Генезис»
29 августа 2015 Кино

Кинотеатр повторного фильма: «Терминатор: Генезис»

+

«Большой» смотрит на седого Шварценеггера в новой части «Терминатора» и тычет палкой первую серию франшизы. Тот случай, когда можно брюзжать сколько влезет и никто не осудит.

«Терминатор» и его части могут запросто проиллюстрировать белорусскую национальную идею: все бережно хранят воспоминания о том, каким он был, и в назидание сиквелам машут пальчиком — ну-ну. Та же история с советским прошлым, в котором архитектура была ансамблями, жвачка — вкуснее, а деревья — больше. Но будем честными: смотреть на Арни в образе киборга-убийцы сейчас и 20 лет назад с одинаковой эрекцией могут либо гики, либо некрофилы.
Впрочем, если считать, что люди до сих пор боятся, что компьютеры поработят мир, то «Терминатор» не так попахивает нафталином — ни дать ни взять актуальное и злобо­дневное кино. Тем более фильм насквозь пропитан страхом поколения холодной войны перед концом света. И если в 90-е ура-патриотические американские фильмы-катастрофы эту фобию превратили в 5-минутный аттракцион «покатались-испугались и забыли», то во второй декаде нулевых холодок возвращается. Только вот последняя часть франшизы скорее веселит и играет на воспоминаниях, чем пугает.
А вспоминать есть что.

3

В 1984 году Джеймс Кэмерон, будучи 30-летним дебютантом, видит во сне идею фильма о человеке-роботе, созданном для убийств. И поскольку в 80-е идея восстания машин прочно обосновалась в умах любителей порефлексировать, проект хоть и с минимальным бюджетом (6,4 миллиона долларов), но все же запустили. Он окупился в 6 раз, но культовым стал только в узких кругах. То ли дело десятилетия спустя в советском видеопрокате.
Сейчас уже первый фильм про Терминатора принято считать классикой, бережно реставрировать пленочные копии и ругать каждую последующую часть франшизы хлеще предыдущей. Вместе с тем фильм стал не столько произведением киноискусства, сколько точеным образцом динамичного действия, способного пригвоздить зрителя к креслу в середине и держать до конца. Минимальными спецэффектами Кэмерону удалось сделать то, чего сейчас не могут достичь с целой командой компьютерных графиков. Заниженный ракурс съемки, олдскульный монтаж сцен стрельбы, рапиды перед экшен-сценами — все это производит куда больший эффект на зрителя, нежели тысяча размноженных на компьютере маленьких воинов.

Интересные факты о старом «Терминаторе»:
1. В фильме голос Шварценеггера в итоге прозвучал лишь в шестнадцати репликах, состоящих из чуть более чем семидесяти слов (в некоторых сценах Терминатор говорил голосами других людей). С учетом гонорара актера в 750 тысяч долларов это составляет чуть меньше 47 тысяч долларов за реплику или где-то 10 тысяч за слово.
2. Марка солнечных очков, которые носил Терминатор, — Gargoyles.
3. На момент съемок Арнольд Шварценеггер только недавно получил американское гражданство и еще не очень хорошо говорил по-английски. Особые проблемы у железного Арни были при попытке выговорить культовое I’ll be back. Шварценеггер боялся, что не сможет правильно произнести фразу, и предложил Кэмерону поменять реплику на I’ll back, мотивировав это тем, что I’ll be back звучит слишком «по-женски». Режиссер в ответ посоветовал Арни не учить его писать сценарии.

кк-2

После «Терминатора» жанр приключенческого боевика уже не мог быть прежним. Это он породил с полсотни фильмов, которые были у вас на VHS и затирались до дыр на видиках. Загибайте пальцы: «Чужие», «Хищник», «Робокоп» — все они пришли на полки ваших секций после «Терминатора» и осваивали уже завоеванные им территории.
Справедливости ради, на зрелищную картинку у Кэмерона нанизана партия цитат, рассуждений и теорий, которые делают из легкой фенечки тяжелый металлический браслет. И если вас хлебом не корми, дай всласть порассуждать об опасностях искусственного интеллекта, путешествиях во времени и апокалипсисе, то Кэмерон в этом смысле оказался весьма находчив. В своем фантастическом приключении он дал развернуться идее технократического общества, войны машин и людей, силе зла и многому другому, что не давало кинематографу покоя со времен истории про Франкенштейна. А ведь так сразу и не скажешь, что спустя 20 с лишним лет этот же режиссер даст петуха и снимет псевдопритчу о том, как американцы завоевывают мир синих аватаров.

Другие цитаты из фильма, кроме I’ll be back:

Идем со мной, если хочешь жить.
***
— Ну как?
— Лучше, чем заслуживает простой смертный.
***
Вот болван. Ну и что из того, что он ездит на «порше», он не имеет права так обращаться
с тобой. Ведь сегодня пятница!
***
— Киборги не чувствуют боли. Но я не киборг. Не делай так больше.

filmz

При этом поразительным образом вы можете отыскать в картине символ персонажа, который буквально теряет человеческую личину с каждым новым совершенным злом, а некто Володя на последнем ряду ржет в голос над голой задницей и с намеренным треском открывает пиво на чуть затянувшемся диалоге Риза и Коннор. Но вы оба досматривали кассету с фильмом до конца и ставили на перемотку, чтобы прокрутить снова. Пожалуй, столь близки вы с Володей могли бы быть только в обсуждении нафталиновых воспоминаний из советского прошлого.

+