Без приключений. Будапешт
11 мая 2016 Колонки

Без приключений. Будапешт

+

Наш друг, музыкант, поэт и просто хороший человек Сережа Кравченко едет по Европе и делится с нами своими тонкими и точными наблюдениями.

Сергей Кравченко

Сергей Кравченко, музыкант, поэт и фотограф

Часть первая: Без приключений

Не иметь ожиданий от города, в который едешь впервые, очень удобно. То есть я, конечно же, представлял Будапешт (в виде пирога с яблоками и корицей, разрезанного рекой, через которую летают птицы), но не особо усердствовал, поэтому приехал чистым листом, на который все пишется без премодерации. Если насмотреться брошюр, начитаться википедий и гайдов, то приезжаешь в новое место уже с готовой внутренней картой, которая будет противно скрежетать от спешки, жажды намеченных впечатлений и разочарования несоответствий. Кому этот стресс нужен.

И вот первый же вечер задал настроение — спокойное, как лужи после грозы, — показав много больших деревьев, которым не мешают расти, широкий Дунай, которому не мешают течь, бездомных, которым не мешают спать, спортсменов, которым не мешают бежать. Судна выписывают незамысловатые фигуры по бескрайней реке, ажурные готические здания перчат застройку и подсвечены как полагается — чтобы у всех на фотографиях получаться красиво. Есть районы, где от достопримечательности к достопримечательности (или от бара к бару) ходят очарованные туристы, есть — те, где мутные недоброжелатели могут отжать мобилу и стукнуть по голове, а есть и те, где люди в булочную спускаются с гор на мазерати. Нормальный европейский город.

Бездомные, кстати, спят в этом городе везде и почти постоянно, что говорит об определенном чувстве комфорта и защищенности, которое дарит место. Они прям просыпаться не хотят — так что в одном из переходов им будто бы даже специально не давали заснуть: мальтийский крест устроил флешмоб со сбором денег для людей без определенного места жительства с танцами для прохожих — так что с десяток людей плясали посреди перехода, а сонные нищие, как капусты завернутые в грязноватую одежду, лежали в рядок у стены и очумело за этим наблюдали. При этом всё как-то без особого напряжения друг с другом сосуществует — тут и там люди на широких подоконниках и тротуарах тихонько замирают как скульптуры.

Без приключений. Будапешт

Сидя на кухне гостеприимного дома, наблюдали в окно огромный тополь. Тополей в Будапеште — будь здоров, и пух летает где ему вздумается. В Минске их, кажется, тоже было полно, но лет двадцать назад эти деревья порядком уничтожили, спасая город от аллергии. На балконе повыше, напротив, длинноволосый молодой человек тоже подолгу смотрел на тополь, неспешно принимал солнечные ванны и вообще вел себя так спокойно, будто интернет еще не изобрели. Мы сошлись, что так долго смотреть на тополь у нас лично никогда не получается, ведь все время что-то давит, и порадовались за соседа. Еще он вычищал палочкой кастрюлю — видать, что-то пригорело. Везде ж люди.

Бог не дал той памяти, чтобы запоминать венгерские названия (если что, «Беларусь» звучит очень красиво — «Fehéroroszország» — никому слух не режет), но на второй день мы посетили набережную жареных хеков, рукодельных закусочных и заброшенных вилл. Там еще тренируются на Дунае гребцы, и я болел за худощавого (он проиграл). Хека не видали, зато снова гуляли в безлюдном месте, к которому прилегают уютные кварталы со старой индивидуальной застройкой. Место это рядом с Rómaifürdő — забываю, что все можно нагуглить.

Чистый лист постепенно наполнялся, и к вечеру мы даже посетили один из Ruins Pub’ов — знаменитое место, где все знаменито пьют и ни в чем себе не отказывают. Выпить ничуть не захотелось, но сидеть и наблюдать за посетителями там можно бесконечно долго — алкоголь творит с людьми чудеса. Правда, рандомно и неконтролируемо — так, что они потом и сами не рады. Улицы 5-го округа Будапешта ночью — концентрат сюжетов, и за минуту пути можно встретить похожую на вампира, высушенную различными веществами сущность, турецкую пару, что ссорится на всю улицу так, будто они одни на целом свете, людей, которые еле стоят на ногах у старой синагоги и при этом снимаются в каком-то документальном кино, и так далее и тому подобное. «Сюрреализм!» — возрадовался я. «Тянущийся 33 года», — добавил Тарас. Мы немного покатались на качелях и вернулись домой — через тихий, оставленный ночью без внимания, но величественный парламент. Парламент как парламент.

Без приключений. Будапешт

Да, кстати, примерно в тот же вечер о нас появилось хорошее мнение от знакомого венгра — мнение, что нам вообще все безразлично. Такая оценка нашего спокойствия не может не радовать — она означает, что мы находимся там, где положено, и нам нравится все, что с нами происходит, — как ни крути (но лучше не крутить).

На следующий день безразличие снова принесло плоды, и мы попали в скучноватый парк с замком Вайдахуняд (там я видел собаку с привязанным к ней шариком с надписью «original gps», наполненным гелием), а затем на удивительное кладбище Керепеши, где в просторном зеленом антураже столько красивых скульптур и надгробий, что свою жизнь можно на время позабыть. Дождь заставил нас спрятаться под огромным медным куполом над одной из могил. В месте, где посмертно ужились писатели, поэты, архитекторы, врачи и неизвестный красноармеец, где есть специальный участок для самоубийц и казненных, можно провести больше времени, чем в самом модном баре, но наши гибкие технологии принятия решений начали давать плоды, и впереди замаячило посещение бани.

Путь в баню лежал через неблагополучный 8-й округ, куда туристы заходят только по ошибке, — прогуляться там было интересно. В общем, посетив некий комьюнити-центр с коворкингом и вегетарианской кухней, где люди занимаются социально ответственными проектами, а также потрясающую террасу, с которой видны крыши и холмы Буды, мы таки добрались до Королевской купальни (Király gyógyfürdő), чтобы хорошенько выкупать свое безразличие.

Без приключений. Будапешт

Визуально, тактильно и акустически это оказался маленький, спрятанный среди деревьев рай. Теплый влажный полумрак под турецким куполом с окошками, похожими на кометы с хвостами из темно-синей плесени, бассейн, в котором все такие разные и такие расслабленные, замирающие в позах с полотен Ренессанса. Такое чувство, что эти же мужчины и женщины и правда нежатся в лечебных водах с середины XVI века (когда будайский паша Арслан и построил эти купальни, мне подсказывают), но нет — вышли, посушили феном волосы, надели кроссовки и разъехались длинными как ночь трамваями по округам. И сухой жилистый старичок лет семидесяти, и улыбчивая чернокожая леди, и грустная молодая пара, которая, по-моему, даже не купалась — лишь красиво сидела на краю бассейна, картинно меняя позы, и два добрых толстячка, которые все время держались вместе, и смуглая, пронзительно глядящая тетя, которая за два часа ни разу не выбралась из бассейна, так что теперь она наверняка живет припеваючи и содержит в себе натрий, кальций, магний, гидрокарбонат, сульфат хлора и значительное количество фтора.

Утром мы чистые и довольные отправились в путь, о котором чуть позже.

P.S. Вернулись из путешествия и въехали в Будапешт с какой-то совершенно другой стороны — город раскрылся и заиграл новыми ракурсами, нарядными мостами и помпезной архитектурой. Все это вроде бы тоже стоит посмотреть, но черт его знает. Смотреть на фасады — это все же немного скукота. Сколько ни любуйся фасадами — задворки дадут о себе знать, так что лучше хорошенько с ними ознакомиться.

Часть третья: Куда приводит аджайл
Часть четвертая: Смотри сам
Часть пятая: Горы, голем, Уорхол

+