«Свядомы» бизнес, или не грантом единым
9 августа 2017 Деньги

«Свядомы» бизнес, или не грантом единым

+
Этот текст разочарует тех, кто думает, что заработок «так называемой белорусской оппозиции» зависит от того, сколько раз во время уличных акций протестов представители альтернативных сил выкрикнут: «Свабоду палітвязням!», а за административный арест в 15 суток полагается премия. «Большой» встретился с яркими персонажами поколения бунтарей и узнал, почему лидер «Маладога Фронта» Змитер стал собирать шкафы, как политсолдат Иван занялся клинингом, почему белорусскоязычная девушка Анна выпускает платья, и как экс-координатор кампании «Говори правду» Юрий запустил квест.

Политсолдат и пылесос

Ивану Шило 26 лет. Он сидит за столом в комнатушке с синими стенами. На полу стоят пылесосы и коробки с чистящими средствами. На столе лежит мобильный телефон, который без конца звонит. Иван часто отвлекается и дает указания: «подъехать по такому-то адресу», «деньги можно взять в офисе». Так проходит каждый день Ивана Шило — ныне директора клининг-компании «Чистый кит». Еще десять лет назад жизнь парня и его младшего брата Ильи была совсем другой. Иван был оппозиционером и возглавлял ячейку «Маладога Фронта» в Солигорске.

Иван Шило

— Как-то раз мы приехали с отцом в Брест, и я увидел на доме большой нарисованный бело-красно-белый-флаг, — вспоминает Иван. — В 2001 году у меня уже не было вопросов, что это за флаг. Мой отец работал предпринимателем и читал «Свабоду», «Нашу Ніву» и «Салідарнасць». Он был наблюдателем на выборах, и, как мне казалось, имел контакты в демократическом окружении. В Бресте на улице к нам подошла какая-то девушка и дала наклейки «Зубра» (незарегистрированное молодежное движение, которое существовало с 2001 по 2006 гг. — Прим. «Большого»). В то время я хотел заниматься тем же, чем и мой отец.

Когда Ване было 14, он пришел в школу и увидел, что все стены исписаны надписями «Малады Фронт» (незарегистрированное в Беларуси международное молодежное движение, основанное в 1997 году. — Прим. «Большого») В тот же день знакомый дал ему буклеты оппозиционной организации и рассказал о ее лидере Змитере Дашкевиче. Шило решил как можно быстрее присоединиться к бунтующей молодежи. Через месяц он уже сидел в кафе, где произошла его первая встреча с Дашкевичем.

— В кафе собрались 14-летние ребята из солигорских дворов, — вспоминает Иван. — Дашкевич приехал в пальто, с чемоданом. Ему было 25 лет, и все думали: «Ничего себе! Что происходит? К нам приехал какой-то политик из Минска!» Сейчас я не понимаю, как Дашкевич мог с нами серьезно разговаривать. Он рассказывал какие-то политические вещи: «власть будет меняться», «мы будем теми людьми, кто этому поспособствует». Но нам было по 14 лет! Я сейчас смотрю на тех, кому семнадцать, и не понимаю, как можно было серьезно все это слушать.

Вскоре Шило выбрали руководителем солигорской ячейки «Маладога Фронта». Во многом благодаря тому, что он был единственным местным активистом, у кого был мобильный телефон. Узнав об этом, отец сказал, что в холодильнике может стать меньше колбасы. Однако это не отпугнуло 14-летнего Ивана. Шило с соратниками начали проводить уличные акции, распространять запрещенные газеты и листовки, случались и драки с милицией. С того самого момента он стал частым гостем РОВД.

Хотим давать хороший сервис. Не для того, чтобы все было по-европейски, а потому что он приносит деньги.

В 2007 году на Ивана завели уголовное дело за деятельность от имени незарегистрированной организации. Он учился в 11 классе, посетил 1 сентября линейку, а 4-го отправился в суд. Шило было всего 16 лет, и перед ним лежали пять томов уголовного дела. Так как он не был совершеннолетним, ему вынесли предупреждение.

Однако, несмотря на мягкий приговор, молодость для Вани быстро закончилась. В 2008 году, перед последним экзаменом по английскому, его исключили из школы за участие в несанкционированных акциях. Иван не смог сдать экзамен ни в одной школе и не получил аттестат. Через два месяца после того, как ему исполнилось 18 лет, его призвали в армию. Шило остался один: без перспектив, друзей, среднего образования, в 29-й зенитной ракетной бригаде в Витебской области. В СМИ его прозвали «политсолдатом». Лишь в июне 2009 года Иван смог сдать экзамен по английскому в средней школе № 1 Лепеля на 9 баллов.

К политической жизни Шило постепенно остывал. Ему не нравилась христианская идея, которая лежала в основе «Маладога Фронта», и он не разделял критику Дашкевича в адрес ЛГБТ-движения. Да и в целом Иван захотел быть таким же финансово успешным, как его знакомые, которые не втянулись в политику и жили обычной жизнью.

— В какой-то момент оказалось, что «Малады Фронт» — очень консервативная организация с христианскими взглядами, — рассказывает Иван. — А я не консерватор и совсем не христианин. В 15 лет я читал «Хартию», и мне казалось, что в 2006 году поменяется все. Дашкевич сыпал своими мантрами. Но потом я стал понимать, что экономика, наверное, не рухнет, как пишет «Хартия». Все стало повторяться. Если в 15 лет я во все эти слова реально верил, то к 18 во мне стало больше цинизма и расчета.

Шило вышел из «Маладога Фронта» и уехал учиться в Польшу на юриста. А когда вернулся в Беларусь, занялся журналистикой и задумался о запуске собственного дела. Идею Ивану подсказал его младший брат — бывший молодофронтовец, а ныне веб-дизайнер Илья.

— Мы сидели в баре, и брат сказал: «У меня есть немного свободных денег, придумай что-нибудь, давай попробуем чем-то заняться», — говорит Иван. — Мы решили заняться клинингом и в октябре 2016 года открыли компанию. Вложили 3 500 долларов. В клининговом бизнесе очень низкий порог входа. Раньше я жил в плену стереотипов, что для открытия бизнеса в Беларуси нужно 50 тысяч долларов. Оказалось, что иногда достаточно в 20 раз меньше денег. С 3 500 тысячами можно начать дело, но этот старт весьма хаотичный. Деньги ушли на оборудование — моющие пылесосы, пароочистители. Офис, мебель, фартуки… А потом появляется куча мелких расходов, о которых ты даже не думал.

Клининг-компания «Чистый кит»

Первые уборки братья Шило делали сами, а сейчас они нанимают клинеров. Иван и Илья работают как с частными заказами, так и с корпоративным сегментом. Сегодня в числе их клиентов Epam, Wargaming и Juno. Кстати, когда начинающие бизнесмены набирались опыта, они узнали, что самое фартовое время для клининга — не предновогодняя декада, а Чистый четверг на Пасху.

— В нашем бизнесе нет никакой высокой идеи, мы просто хотим зарабатывать деньги, — говорит Иван. — Хотим давать хороший сервис. Не для того, чтобы все было по-европейски, а потому что он приносит деньги. Но я не хочу также зарабатывать деньги, крича на кого-то или обманывая. Если нужно, мы помогаем инвалидам. Когда Змитер Дашкевич сидел в тюрьме по делу «Белого легиона», мы помогали его семье и убирали его квартиру бесплатно. Это не делается для рекламы. Я просто хочу сказать, что мы — неплохие люди.

Белорусская Krasa

Минчанка Анна Кулакова до шести лет не понимала русского языка. Ее папа — доктор философских наук, мама — историк, которая 25 лет проработала в Национальном историческом архиве. В конце 1980-х родители стояли на позициях белорусского «Адраджэння». Вот и вышло, что свою любовь к Беларуси они передали дочери Ане.

Анна Кулакова

— У меня с белорусским языком связана вся жизнь, потому что мои родители белорусскоязычные, — рассказывает Анна. — Моя мама возила меня через весь город в белорусскоязычный садик, который находился в Зеленом Луге. Это была первая волна «Адраджэння» — конец 1980-х, начало 1990-х. Отец выступал в Куропатах, родители были в числе тех, кто первым организовывал «Талаку». Когда я пришла в школу, мне было тяжело, ведь до шести лет я вообще не знала русского языка. Одноклассники, конечно, дразнили, было такое. А потом поступила в Коласовский лицей, который сейчас существует подпольно. Там и училась.

Аня закончила вуз, получила специальность социолога, а потом стала работать пиарщиком в отделе маркетинга «Белорусских лотерей». Там она и познакомилась с начальницей отдела — маркетологом Юлией Субач. Девушки подружились, а потом с разницей в две недели ушли в декрет.

— Мы думали, куда податься дальше, и Юля предложила открыть рекламное агентство, — рассказывает Анна. — Но у нас обеих было желание производить что-то, чтобы можно было пощупать результат труда. Однажды я сказала своей знакомой, которая владеет брендом одежды: «Слушай, ты платья шьешь, как же это круто! Мне это так нравится. Но я не умею ни шить, ни рисовать». На что знакомая ответила: «Я тоже». В тот момент у меня исчез внутренний барьер. Я поняла, что, умея организовывать процесс, можно попробовать делать платья.

Symbal.by со своими вышиванками и Сергей Михалок сделали для нашего поколения намного больше, чем все независимые политики за 20 лет.

В 2014 году девушки нашли модельера-конструктора и поехали в Москву в плацкартном вагоне за тканями. В том же году они создали бренд с древнебелорусским названием Krasa и выпустили первую — лимитирированную — коллекцию.

— Когда мы отшили коллекцию, то организовали фотосессию для своих знакомых и друзей, — вспоминает Юлия. — Первые платья в тот же день все и расхватали. Мы поняли, что это стоит и кто эти платья может покупать.

Сегодня Krasa позиционирует себя как белорусский бренд с национальным колоритом. Продвижение бренда происходит на белорусском языке: начиная от надписей в магазине и заканчивая ведением групп в соцсетях. Такую маркетинговую модель Юлия и Анна выбрали неслучайно. Они уверены, что с помощью одежды прививают девушкам не только хороший вкус, но и любовь к национальной культуре.

Krasa

— Для меня белорусскость нашего бренда связана с образовательной миссией, — объясняет Анна. — Также считаю, что symbal.by со своими вышиванками и Сергей Михалок сделали для нашего поколения намного больше, чем все независимые политики за 20 лет. Мы за то, чтобы молодежь видела, что белорусская мова — это не язык села.

Змитер и шкафы

Змитеру Дашкевичу 36 лет. Половину своей жизни он провел в политике и уличном сопротивлении. Прошел путь от рядового активиста незарегистрированного в Беларуси молодежного движения «Малады Фронт» до должности его председателя. Дашкевича не раз судили, отправляли на сутки и превентивно задерживали. А в 2006 году он был приговорен к полутора годам лишения свободы за организацию и участие в деятельности незарегистрированной неправительственной организации.

Змитер Дашкевич

Второй раз Дашкевича арестовали за день до президентских выборов. 18 декабря 2010 года его задержали на улице, обвинив в совершении злостного хулиганства (избиении двух неизвестных). Дашкевича приговорили к двум годам лишения свободы. Он вышел из гродненской тюрьмы в 2013 году. Многие ожидали от Змитера яркого возвращения в политику: бурной деятельности «Маладога Фронта», всплеска уличных акций на фоне померкшей к тому времени активности. Однако ожидания не оправдались: Дашкевич неожиданно отошел от политических дел, зарегистрировал ИП и занялся сборкой мебели.

— Заняўся я практычна адразу па вызваленні — з верасня 2013 года, — рассказывает Змитер. — Спачатку спрабаваў уладкавацца на розныя працы, недзе па знаёмству, але ўсё роўна людзі з падазрэннем глядзелі. Такі паслужны спіс — не самы ардынарны ў краіне. Было зразумела, што мне немагчыма працаваць у дзяржаўнай ці нейкай вялікай прыватнай фірме і займацца актыўнай грамадска-палітычнай дзейнасцю. Бо рана ці позна да людзей прыйдуць і папросяць. Я пазнаёміўся з адным хлопцам, які рабіў шафу ў кватэры. Пачалі разам працаваць. Недзе год мы парабілі, пакуль я зразумеў усе асаблівасці гэтай працы. Цяпер мы працуем з другім хлопцам, Ягорам, у межах ініцыятывы «Цесляры».

Змитер не скрывает, что на его уход из политики в бизнес во многом повлияли семейные обстоятельства. Еще до выхода на волю, 27 декабря 2012 года, он женился в Гродненской крытой тюрьме на молодежной активистке «Маладога Фронта» Анастасии Положанко. Одной политической деятельностью, говорит Дашкевич, в Беларуси семью не прокормишь. К тому же Дашкевич работал и ранее. По словам Змитера, его организация редко получала зарубежные гранты, а активистам приходилось искать себе места заработка. Работая лидером «Маладога Фронта», Дашкевич продавал фрукты на Ждановичах и даже ходил с тележкой с кофе по Червенскому рынку.

— Што такое беларуская палітыка? — задается вопросом Дашкевич. — Ёсць дзяржаўныя інстытуты, у якіх ты можаш маршараваць у нагу з палітыкай партыі. Калі лічыш сябе ў праве на іншадумства, ты па-за гэтымі інстытутамі. Па вялікім рахунку, беларуская палітыка — гэта дысідэнтства. Але асабіста я лічу, что да дысідэнтства нашай апазіцыі яшчэ трэба вырасці. Прынамсі да такіх савецкіх дысідэнтаў, як Салжэніцын, Шаламаў альбо тая ж Навадворская. Яны выяўлялі сабой нешта і былі аўтарытэтамі думак. А сучасныя беларускія палітыкі нават сярод прыхільнікаў пераменаў маюць адмоўны імідж.

Мы людзі з пераканнямі. Калі нехта захоча каларадскую стужку на шафе зрабіць, то мы рабіць не будзем.

Занявшись бизнесом, Дашкевич не ушел окончательно из политики, текущий год оказался для него насыщенным: защита Куропат, задержания, арест по делу «Белого легиона». 22 марта Дашкевича задержали, когда он монтировал кухню в квартире писателя Владимира Арлова. Змитер с коллегой заказали пиццу, а вместо нее приехали сотрудники милиции: Дашкевича обвинили в обучении боевиков и подготовке к массовым беспорядкам, а также в создании незарегистрированного военно-патриотического объединения «Ваяр». Позже с него сняли все обвинения.

Сегодня Змитер признается, что больше не может себе позволить отправляться на сутки в любое время — от этого страдает семейный бюджет. Вместо уличных акций протеста Змитер вместе с напарником делают мебель и по желанию клиентов наносит на нее изображения «Пагонi» и бело-красно-белого флага.

— Зарабляць грошы для мяне — не ідэя фікс, — говорит Дашкевич. — Мы працуем, наколькі ёсць нагружанасць. Спрабую падцягваць сяброў, каб яны таксама зараблялі. Мы людзі з перакананнямі. Калі нехта захоча каларадскую стужку на шафе зрабіць, то мы рабіць не будзем. Хаця, мажліва, іншым няма розніцы, што маляваць: расейскі сцяг ці бел-чырвона-белы.

Змитер утверждает, что все годы нахождения в политике он и его соратники слишком много думали о переменах в стране, но слишком мало делали что-то для самих себя.

ИП Дашкевич

— Я імкнуся жыць адпаведна іерархіі: бог — сям’я — бацькаўшчына, — говорит Дашкевич. — У пэўны момант жыцця я зразумеў, што ў бога баліць за Беларусь і праўду больш, чым у мяне. Гэта разуменне пазбаўляе ад многіх гістарычных рухаў. Трэба кідацца справа-улева: Захад нам дапаможа, Расія? Бог у гэтым зацікаўлены. Насуперак усім гістарычным рэаліям мы існуем. І паўстала Беларусь насуперак сотням год знішчэння, русіфікацыі і паланізацыі. Нам трэба заставацца на сваім месцы. Таму я працую і разумею, што павiнен забяспечваць сям’ю, дзяцей, выхоўваць іх на беларускай мове і глебе хрысціянскіх каштоўнасцей.

«Говори правду» и Кувалда

Сегодня Юрий Алейник известен как бизнесмен, директор игрового пространства Quvalda. А еще семь лет назад его хорошо знали в оппозиционной среде: во время президентских выборов 2010 года Юрий работал минским координатором кампании «Говори правду».

Юрий Алейник

Юрию 31 год. Он сидит в офисе игрового пространства и вспоминает о прошлом. Еще подростком, когда он жил в Молодечно, интересовался общественно-политической деятельностью. Алейник окончил школу с красным дипломом и решил поступить в Академию управления при Президенте на факультет «государственное управление и экономика». Параллельно с учебой парень писал программы для оппозиционных партий и занимался разработкой долгосрочных стратегий.

Но еще до Некляева Юрий участвовал в 2006 году в «Плошчы», а потом был отчислен из академии. Формальная причина — 22 пропуска занятий. Хотя сам Юрий озвучивает другую версию: его убрали за гражданскую активность. Когда в 2006 году в Беларуси отменили льготы для студентов, Юрий собрал в Академии подписи 30% учащихся против этого постановления. После отчисления он судился с вузом, а потом уехал в Москву и поступил в престижную Высшую школу экономики.

— Я часто приезжал, — вспоминает Юрий. — А в День Воли в 2010 году увидел выступление Некляева и решил попасть в его команду. Подумал, что многим смогу помочь. Пришел, мы познакомились, и через какое-то время мне предложили стать заместителем руководителя штаба «Говори правду» в Минске. Впоследствии я стал руководителем штаба. Это было круто: макбуки, офис на проспекте Машерова, фигура Некляева. Было видно, что есть организация и ресурсы. Не так, как обычно: приходишь на «сядзiбу» партии БНФ и видишь значки и старые книжки. Хочется плакать, обнять всех и там же запеть «Магутны Божа». В «Говори правду» был виден уровень работы.

После разгона «Плошчы», разгрома штаба «Говори правду», задержания Некляева политическая жизнь «ГП» коллапсировала. Алейник отправился в вынужденную эмиграцию в Вильнюс, а в 2011 году вышел из кампании «Говори правду».

Приходишь на «сядзiбу» партии БНФ и видишь значки и старые книжки. Хочется плакать, обнять всех и там же запеть «Магутны Божа».

— Из «Говори Правду» я ушел одним из первых, потому что увидел, что это бесперспективно, — говорит Юрий. — Беда нашего оппозиционного сообщества заключается в том, что люди годами находятся в изоляции, а политическое поле полностью зачищено. Нет стратегии победы. Я думаю, что многие даже не хотят приходить к власти.

Алейнику предлагали гранты, политическую перспективу, но он отказался. Юрий решил завязать с политикой и поискать себя в бизнесе. Так, в 2015 году вместе с партнерами он открыл в Минске игровое пространство Quvalda; для входа в бизнес вместе с партнерами он потратил 15 000 долларов.

Сегодня в игровой зоне Алейника часто проходят детские праздники. Дети играют в приставку Xbox, настольный теннис, примеряют очки виртуальной реальности, раскладывают пазлы, играют в аэрохоккей и настольные игры. А для взрослых здесь есть бильярдные столы и квест «Нарния».

Время политики для Юрия осталось в прошлом, но и сегодня он остается бизнесменом с активной гражданской позицией.

— Есть даты и моменты, когда ты должен быть на улице, — считает Алейник. — Когда мои дети спросят меня: ты был 19 марта 2006 года на улице? Я отвечу, что был. А 19 декабря 2010 года? Был. 25 марта 2017 года? Был. Что из этого и как вышло, это все лирика. Но ты должен там быть. Не файерами закидывать и железом по стеклу, но выразить свою гражданскую позицию.

Фото:
  • Глеб Малофеев
+

Вам срочно нужна квартира на сутки в Барановичи? Не переживайте, наш сайт предоставляет вашему вниманию множество отличных предложений, чтобы Вы смогли максимально быстро и выгодно, а главное, без посредников снять квартиру в Барановичах. Более детальную информацию вы можете получить на нашем сайте: sutkibaranki.by

OOO «Высококачественные инженерные сети» осваивает новейшие технологии в строительстве инженерных сетей в Санкт-Петербурге. Начиная с 2007 года, наша компания успешно реализовала множество проектов в области строительства инженерных сетей: электрическое обеспечение, водоснабжение и газоснабжение. Более подробная информация на сайте: http://spbvis.ru/