Актер Эдвард Нортон: «Я всего лишь копия  собственного изображения»
7 марта 2012 Интервью

Актер Эдвард Нортон: «Я всего лишь копия собственного изображения»

+

Даже если бы Эдвард Нортон сыграл в своей жизни только одну роль в фильме «Бойцовский клуб» по роману Чака Палланика, то он все равно бы стал одним из самых любимых актеров «Большого». Но в том-то и дело, что он снялся еще и в доброй пятерке фильмов, которые «Большой» с удовольствием пересматривает при первой возможности. Эдварда Нортона, с легкой руки глянцевых журналов, называют едва ли не главным актером своей эпохи. Эти эпохи так и называются: «Эпоха Марлона Брандо», «Эпоха Роберта Де Ниро» и «Эпоха Эдварда Нортона». Счастливчик Александр Павлов удостоился в Нью-Йорке аудиенции с Нортоном, во время которой расспросил актера о политике, кино и славе.

— Эдвард, каково это — быть человеком, который олицетворяет собой целое поколение?
— А кто вам сказал, что я олицетворяю какое-то поколение?

— Критики кино.
— Я к критике отношусь довольно сдержанно и, как минимум, ей не доверяю. Более того, считаю, что нет более не удовлетворенных собой людей, чем кинокритики. И это очень просто доказать. Так или иначе, критики переносят свое собственное субъективное мнение и мировоззрение на конечный продукт и увлекаются словоблудием, находя в этом единственное свое предназначение и срывая собственные комплексы на других. Легко критиковать — трудно делать. Пусть бы брали в руки камеры и снимали лучше свое кино.

65

— Меня бы убили знакомые и редактор «Большого», если бы я не задал вам вопрос о фильме «Бойцовский клуб». Считаете ли вы этот фильм лучшим в своей карьере?
— Этот фильм — знаковый для моей карьеры. Чего стоит только тот факт, что после роли в этом фильме к моим гонорарам стали добавлять «нолик». (Смеется) Вообще же работа над этим фильмом была сверхинтересной. Иначе и быть не может, если ты находишься на одной площадке с такими людьми, как Дэвид Финчер, Бред Питт или, к примеру, Мит Лоуф и Джаред Лето, музыку которых слушаешь у себя в машине. Это были дни потрясающих съемок, а на выходе получилось кино, которое изменило мировоззрение не одного миллиона человек по всему миру.
В момент съемок не отпускало ощущение, что мы делаем какую-то маленькую революцию. Когда спустя буквально неделю после премьеры фильма я начал читать в различных СМИ информацию о том, что тут и там открываются бойцовские клубы, первым правилом которых было не говорить о бойцовских клубах, я подумал: «О-оу. Это же не остановить теперь».

— Говорят, что в какой-то из моментов бойцовских клубов стало действительно очень много, и тогда в этот процесс вмешалось ФБР.
— Я слышал об этом. С одной стороны, ко всякого такого рода слухам стоит относиться с долей скепсиса и не превращаться в параноика. С другой — все эти американские спецслужбы уже давно контролируют все сферы жизни общества, прикрывая это дело разговорами о демократии и борьбе с терроризмом. Американские спецслужбы сидят в наших компьютерах, мобильных телефонах. Я уверен, что социальные сети работают на них. Может, мое мнение и непопулярное, и я успел превратиться в параноика, но современный мир действительно стал отвратительным, и лучше всего живется там, где нет коммуникаций и где западная цивилизация не успела распространить свои щупальца. А она успела это сделать практически везде. Особенно там, где есть доступ к энергетическим ресурсам.

Американские спецслужбы уже давно контролируют все сферы жизни общества, прикрывая это дело разговорами о демократии и борьбе с терроризмом.

— Ваше видение мира довольно антиглобалистское. Вы к этому пришли давно, или вам понадобилось время и вы лишь с возрастом стали философствовать в данном ключе?
— Философствовать я любил всегда. И с каждым годом лишь удалялся от того, что можно считать истиной, а что — нет. Сейчас уже сложно сказать, какую идею кто придумал. Юнг, Фрейд, Хайдеггер, Ницше? Какая разница… Разницы никакой. За это время я не стал антиглобалистом или фашистом. Хотя и с той, и с другой идеей я знаком не понаслышке. Я не стал никем. Я всего лишь копия собственного изображения. Так меня и рассматривайте, пока я не подбросил вам еще пару копий и вы еще способны меня отличать.

— Недавно вы снялись в фильме «Листья травы» (в русском прокате «Травка» — прим. «Большой»). В этом фильме вам пришлось играть сразу две роли (двух братьев-близнецов — прим. «Большой»). Не сложно ли было противостоять самому себе?
— Как вы понимаете, после «Бойцовского клуба» меня уже не удивишь историей мистера Джекила и доктора Хайда. (Смеется.) Но роль в этом фильме была интересна хотя бы с той точки зрения, что мне нужно было показывать удивление каждый раз, на каждую реплику, хотя и ту, и другую я знал сам из сценария и сам же ее и играл. И это был некий вызов для меня как для актера.

1305218799-fight-club-brad-pitt-edward-norton-tyler-durden-wallpaper-727516-wallpaper

— Вы никогда не думали о том, чем бы вы занимались, если бы не стали актером?
— Я бы так или иначе был связан с кино. Я же сейчас еще и режиссер, сценарист, продюсер, монтажер.

— А если бы не кино?
— Ну, кто его знает… Был бы плотником. (Смеется). Или работал в одном из офисов компаний, которые ничего не производят, а только плодят «белые воротнички».

— От современного кинематографа еще стоит ожидать откровений? Или уже все интересное придумано?
— Думаю, что кинематограф будет развиваться параллельно с достижениями науки. Рано или поздно, думаю, зрители станут непосредственными участниками кино. От них будут требоваться только их деньги. Хочешь сыграть с Анджелиной Джоли или Бредом Питтом — пятьсот баксов и вперед! Проход по красной дорожке — миллион. Но некоммерческое кино останется, на него мы и будем делать ставки.

— Легко вам говорить о некоммерческом кино, получая при этом гонорары с шестью нулями…
— К таким гонорарам я шел довольно долго. Но не в этом суть. Некоммерческое кино может подразумевать, в том числе, и многомиллионные бюджеты. Все зависит от того, что от него ожидают. А можно снять коммерчески успешный продукт, вложив в него 50 центов, с помощью цифровой фотокамеры. Это вопрос времени, таланта и счастливого стечения обстоятельств.

— Довольны ли вы тем, куда катится мир?
— Нет, не доволен. Думаю, что все идет к тому, о чем нас предупреждали писатели-фантасты, писавшие об антиутопиях. Но это не означает, что я пойду копать себе бункер и начну забивать его продуктами питания. Жизнь слишком коротка, чтобы ею не наслаждаться.

Текст:
  • Александр Павлов (Нью-Йорк)
+