О евреях начистоту. Аркадий Израилевич
13 декабря 2016 Интервью

О евреях начистоту. Аркадий Израилевич

+
Наверное, я все-таки больше еврей, чем белорус. Не в религиозном плане: я не соблюдаю кашрут, не хожу в синагогу, — но по состоянию души.

Аркадий Израилевич

Аркадий Израилевич, бизнесмен

Я встречал людей, которые говорили: «В Беларуси мы не сталкивались с антисемитизмом». Но в том срезе общества, где жил я, антисемитизм был жуткий. В школе у меня постоянно ощущалась какая-то ситуационная готовность. Вот в класс придет новый учитель. Как говорил мой папа, нашу фамилию «не покушал, не выговоришь» — сразу правильно не прочитаешь. А класс был рабоче-крестьянский. Я понимал, что меня станут дразнить — и на переменке снова придется драться. Даже выпускные экзамены сдавал в гипсе: сломал палец в драке «из-за национального вопроса». Стерпеть можно многое, но есть такие слова, после которых мозг отключается, а работают только руки.

От бытового антисемитизма — до государственного. Я не мог поступить в вуз, который выбрал. Хотел идти в аспирантуру, а мне сказали: «Нужны национальные кадры». Мои родители из-за такого отношения уехали из Беларуси. Что стало для них последней каплей? Папа работал главным конструктором модели тракторов МТЗ — 82Р на Тракторном заводе. По-моему, тогда МТЗ-82 получил серебряную медаль на ярмарке в Париже. На поездку во Францию отец даже не рассчитывал: знай свое место! Потом в Болгарии была выставка, куда повезли трактор — но не взяли папу. В 90-м году родители эмигрировали в Израиль.

Я понимал, что меня станут дразнить — и на переменке снова придется драться.

Когда кто-то читает мою фамилию, сомнений насчет национальности не возникает. Был период, когда я сам хотел ее поменять: год прожил под фамилией первой жены. Хотелось сделать карьеру, ради продвижения по служебной лестнице вступить в партию. Я понимал, что для еврея это невозможно. Но потом мне преподнесли хороший урок. Я работал мастером на заводе в термическом цеху. Тяжело. Три смены, скользящий график. Не знаешь, когда у тебя выходной. Зовут в гости, а ты достаешь календарь: какой день, какая смена? Я попросил, чтобы меня устроили на работу с двумя гарантированными выходными. Отправили к одному очень большому человеку. «Большой человек» говорит: «Знаю, что ты еврей. У тебя сейчас хоть какая-то работа есть? Ну, вот и радуйся». Я тогда обиделся. Все стало на свои места. В тот же день вернул свою фамилию — и никаких иллюзий больше не питал.

Сейчас я точно не чувствую антисемитизма на государственном уровне. К тому же у власти достаточно большое количество евреев. Что касается цитаты Лукашенко о «главном над всеми евреями»… Думаю, это просто к слову пришлось.

Исторически евреев угнетали. Как я понимаю, выжить можно было двумя способами: за счет мозгов — или за счет подлости. Я сам замечаю: нет средних евреев. Есть абсолютно нормальные люди или конченые подонки. Это лично мое наблюдение. Каждый выживает, как может. Я как-то обратил внимание, что Израиль — единственная страна в мире, где еврей может работать дворником, слесарем, разнорабочим, продавцом. И мне сказали интересную фразу: «В Израиле евреи потеряли чувство страха и стали жить, как все».

Как-то родители пришли ко мне со словами: «Мы уезжаем в Израиль». Семья тогда жила в квартире напротив кинотеатра «Мир». Считалось, что это хороший район, да и квартира была большая. Как только мама и папа подали заявление, прибежал какой-то мент-подполковник: «Вы подали заявление, эта квартира будет моя!». Поэтому родителей быстро выпустили из страны. По законам того времени, за то, что мы отдали государству квартиру бесплатно, должны были 270 рублей еще доплатить: чтобы после нас можно было сделать ремонт. На нынешние деньги это 500-600 долларов.

В принципе, большой любви к Беларуси у меня не было. Я понимал, что моя мечта — наука — здесь не исполнится. Я начал собирать документы. Но дело затянулось, а тут и бизнес пошел на лад. Так что я решил: «Лучше быть первым на селе, чем последним в городе».

Израиль — единственная страна в мире, где еврей может работать дворником, слесарем, разнорабочим, продавцом.

Помогало ли мне когда-то то, что я еврей? Помню один случай. У меня был пистолет. Точнее, два — и один из них лишний. Я его сдал. Мне говорят: «Достань патроны, зачем тебе их сдавать?» Достал, положил в портфель — и забыл. Пошел получать израильскую визу. А в посольстве все через рентген. Сирена, тревога! Прилетают секьюрити: «Открывайте портфель!» Хорошо, что там были не только патроны, но и разрешение, так что все легко уладили. Мне сказали: за визой в полшестого вас ждем.

Пришел. На улице очередь. Передо мной миловидная женщина, вероятно, русская. Ей дали визу на восемь дней, хоть она просила на месяц. «Жалко вам, что ли?» Ей объясняют: «По предоставленным на самолет билетам вы планируете провести в Израиле только восемь дней. До свиданья. Следующий». Я подхожу. Шучу, что с моей фамилией нужен безвизовый проезд. В ответ: «Нате вам визу на десять лет, только уходите!»

Моя сестра живет в Израиле 25 лет. С ее слов, к датишным (религиозным — прим. ред.) даже там не лучшее отношение: слишком большая доля государственного бюджета на них уходит. Традиции даже в Израиле — вопрос выбора. Свиную колбасу покупают в арабских магазинах. Хочешь — верь, хочешь — не верь. Кто-то уходит в религию, кто-то в спорт, кто-то в водку. Что кому ближе.

Какие белорусские законы я считаю лишними? Мне кажется, что наши законы пишут две враждующих команды. А потом на самом верху все это соединяют, чтобы они не поругались. То, что выходит: законы, к которым нужны 42 комментария. Сейчас необходимо делать либерализацию. Кризис, внешних источников нет, внутренние на истощении. Я бы сказал: берите, плывите, кормите семьи в рамках закона! Но подкручивать гайки еще…

Я не гипертрофирую «величие евреев». Но чувство гордости за то, что я еврей, у меня есть.

Сегодня меня огорчает то, что весь мир разругался. Все с ног на голову. Расстраивает, что российская пропаганда сделала нас политизированными: за столом, в семьях, люди не могут говорить на определенные темы. Я понимаю, что цель российской пропаганды — придумать внешнего врага, чтобы отодвинуть свои проблемы, свалить их на кого-то. Американские друзья рассказали об исследовании: новостями из России у них интересуется меньше 1% населения. И никому в голову не приходит делать из России монстра. А радует меня надежда на то, что под давлением МВФ в Беларуси могут провести грамотные реформы. Пожили красиво за счет России — надо отдавать долги.

Есть конспирологические теории о том, что группа евреев руководит всем миром: Ротшильды, Рокфеллеры и так далее. Я во все это не верю. Естественно, приятнее вести бизнес-переговоры с евреем — но подлости, тупости и дебилизма я встречал поровну что у белорусов, что у евреев.

Что для меня значит быть евреем? В общем, уже мало что и значит. Я не гипертрофирую «величие евреев». Но чувство гордости за то, что я еврей, у меня есть. Но сын и дочка — не с моей фамилией. Может быть, и стыдно, но в то время, когда они рождались, мне просто было их жаль. Я не желал им того, через что прошел сам.

+