Красиво пить не запретишь
8 июля 2016 Интервью

Красиво пить не запретишь

+

Редакция «Большого» уверена: плодово-ягодные вина, которыми славятся полки белорусских магазинов, — это не напиток, а культурный феномен, изучать который следует за стеклом не граненого стакана, но музейной витрины! Знакомим вас с коллекционером «чернила» Егором Сурским и комментируем дизайн и нейминг самых зажигательных образцов.

«Плодовые вина — наш путь в Европу»

Оказаться в гостях у историка, куратора и искусствоведа Егора Сурского был бы рад любой из тех помятого вида ребят, что расслабленно встречают вас на лавочке у подъезда, но напросились-то туда мы! Повод для встречи — уникальная коллекция Сурского: стройные ряды непочатых бутылок отечественного плодово-выгодного вина. На вопрос «сколько их у вас?» Егор только плечами пожимает:

— Рубеж в 200 бутылок перешел — и перестал считать.

Часть коллекции хранится у Егора дома: вот они, драгоценные экспонаты, в глубине шкафа — без табличек «Руками не трогать».

Красиво пить не запретишь

— Хорошо, что для них не предусмотрен определенный режим хранения. Срок годности вина — 6–8 месяцев, а что с ним происходит дальше, я и не знаю. Отважится ли кто-то дегустировать напиток через сто лет? — философствует коллекционер и вспоминает о бутылке «Жасорат», что с узбекского переводится как «мужество, отвага». Сколько мужества понадобится вам, чтобы сделать глоток «чернила», выпущенного в 1984 году? В коллекции Сурского это — самая старшая целая бутылка.

— Знакомые разбирали кабинет народного художника Гавриила Ващенко и среди книг нашли эту нераспечатанную бутылку плодового вина узбекского производства, — уточняет Егор.
Вам, может быть, сложно представить, что кроме алкоголизма способно вдохновить человека на такое необычное хобби, как коллекционирование «бормотухи»? Но у Егора Сурского интерес к напитку сугубо научный — и это видно невооруженным глазом.

— Опыт у меня не очень богатый, — честно признается теоретик. — Думаю, если бы это вино я не коллекционировал, а дегустировал, то здесь бы с вами не сидел.

Для того чтобы вы не сомневались в серьезности научного подхода, уточним: Егор Сурский даже писал научную статью, посвященную предмету своей коллекции. Называлась она «Віно пладовае мацаванае моцнае ў кантэксце культур» и была опубликована в сборнике материалов международной научной конференции студентов и аспирантов ЕГУ. Это для вас плодово-выгодное — повод улыбнуться или сморщиться, а для историка — прямая отсылка к временам Великого княжества Литовского и Речи Посполитой: отчего-то плодовые вина так широко присутствуют только на территории, входившей в состав этих государств.

— В мире существуют алкогольные пояса — винный, пивной, водочный. А у нас — плодово-ягодный. Если говорить о геополитическом контексте, то наличие этого напитка в таком количестве — один из признаков сарматской идеологии. Он ассоциировался с разгульным образом жизни шляхты. Такой ярлык до сих пор приклеивают к некоторым профессиям. Помню случай из детства: по телевизору пообещали, что скоро искоренят пьянство. Я в беспокойстве спросил у мамы: «Кто же будет дома строить?..»

Впрочем, у меня есть и другая теория. Плодовое вино я считаю еще и феноменом социальной гиперреальности. Например, как было в советском обществе: с одной стороны, всеобщий праздник и парады, с другой — репрессии и лагеря. Должен быть атрибут, который уравновешивает ситуацию. Раньше тяжелую политическую и культурную реальность сглаживали «кухонные» анекдоты, а сегодня — плодовые вина. Мне кажется, они подчеркивают нашу культурную индивидуальность. Плодовые вина — это еще и путь в Европу. По тому, какие напитки будут употреблять белорусы через двадцать лет, можно определить наше геополитическое положение. Если в лидерах останется плодово-ягодное, значит, Беларусь будет независимым государством.

«Большая справка»
В 2011 году в Могилеве на бутылках с плодово-ягодным вином размещали наклейки «Выход есть всегда! Оплачивайте коммунальные услуги вовремя!». В городском коммунальном предприятии затею пояснили так: «Мы обращаемся к определенной целевой аудитории, а именно к тем людям, которые не могут приобрести дорогостоящие спиртные напитки. Некоторые из них уже долгое время не оплачивают жилищно-коммунальные услуги. Найти подход к горожанам, находящимся в социально опасном положении, очень непросто — как правило, они не идут на контакт со специалистами предприятия. Поэтому приходится изобретать новые нестандартные формы убеждения».
Думаете, как провести выходные? Предлагаем алкогольно-образовательный вариант: в Доме культуры деревни Локтыши, что в Ганцевичском районе, есть «музей антибахуса», где собрана обширная коллекция винно-водочной стеклотары — в том числе из-под плодово-ягодных вин. Заказывайте экскурсии!

Плодово-ягодный нейминг

Коллекция обязывает Егора Сурского быть частым гостем винно-водочных отделов гастрономов. «Такі малады, а ўжо так п’е!» — типичная реакция продавщиц на вежливого искусствоведа с бутылкой плодово-ягодного в руках. Но Сурский тоже не остается в долгу — и уносит за кассу не только бутылки, но и городской фольклор.

— Продавщицы в винно-водочном — особая каста. Пожалуй, они единственные из всех вступают в диалог с покупателем. Ситуация обязывает: как правило, клиенты — это уже знакомые лица. Как вам, например, такая сцена? В винно-водочный отдел приходит покупатель. Явно не первый раз, потому что обращается к продавщице по имени: «Здравствуйте, Оленька!» «Сколько можно за день здороваться! Уже и язык отвалится», — отвечает та и выставляет ему на стол бутылку с названием «Бенефис». То есть это был его бенефис в винно-водочном отделе.

Плодово-ягодные вина в Беларуси называют «чернило», «чарлик», «крыжачок», «бырло», «бырлятина», «бырлотуха» «бодрило», «компот», «божественная амброзия» и «синька». По объему вина делятся на «ноль семь» (она же «взрослая», «большая», «фугас», «фауст») и «ноль пять» (она же «детская», «маленькая», «гаубица»).

Нейминг «бормотухи» — отдельная тема для разговора. Сурский делится жизненными наблюдениями: как правило, клиенты пафосных, ироничных или глубокомысленных названий не запоминают, для них все разнообразие алкоголя исчерпывается двумя фразами: «дайте мне большую» и «дайте мне маленькую».

— Но если представить, что продавщицы знают имена всех этих богинь, гетер и духов, в честь которых называют вина, у них высокий интеллектуальный уровень! — восхищается историк. — С точки зрения кассирш я нетрадиционный потребитель. Задаю неудобные вопросы вроде: «Какое вино рекомендуете?», «А новые наименования есть?». Правда, чаще всего просвещать приходится самому. Например, рассказывал, что дриады — это нимфы, которые живут на деревьях.

Красиво пить не запретишь

С технологами на заводах, чья обязанность — придумывать названия вин, Сурский не знаком, хотя относится к ним с большим уважением: называет «технологами человеческих душ».

— Но вы же понимаете, что это могут быть люди секретные, которых никто не знает. В советское время шутили: «Есть отдел ЦРУ, который придумывает советские анекдоты». Я думаю, с плодовыми винами — та же ситуация.
Как известно, задача технологов — быстро придумать эффектное название, которого еще не было. Если учесть разнообразие плодово-ягодного в Беларуси, становится ясно: это непросто. Отсюда — умение вытащить из словаря загадочное слово, название которого не знает не то что типичный потребитель, но и игрок в скрэббл.

— В винно-водочном отделе представлен весь пантеон древнегреческой, римской и древнеиндийской мифологии! На этикетках я видел даже названия месяцев французского революционного календаря, действовавшего с октября 1793 по 1 января 1806-го, — например, «Флореаль».

Не менее творчески на заводах подходят к иллюстрациям: к примеру, публикуют на этикетках малоизвестные произведения классического искусства. Так что коллекционирование плодовых вин — увлечение для настоящего эрудита! Которое, между прочим, способно помочь завоевать даже сердце девушки.

Красиво пить не запретишь

— Несколько раз я бывал в летней школе, которые для молодежи устраивает польский режиссер Кшиштоф Занусси. Публика там собирается разная: от актеров до певцов. Помню, мы знакомились, и девушка из Башкирии представилась так: «Меня зовут Амрита, но, наверное, никто не знает значение этого имени…» А у меня вино с таким же названием было в коллекции! Так что я быстро сориентировался: «Это из древнеиндийской мифологии, «эликсир богов», который получали, сбивая воды молочного океана». Так я завоевал ее расположение.

Но даже если держать в уме то, как нелегко приходится заводским технологам, сложно поверить, что они не подшучивают над своей целевой подвыпившей аудиторией: «Круиз», «Вираж», «IQ», «Загадка», «Мистер Икс», «Две звезды», ласковое белорусское «Весялінка» или классический «Крыжачок».

«Большая справка»
Думаете, как провести выходные? Предлагаем алкогольно-образовательный вариант: в Доме культуры деревни Локтыши, что в Ганцевичском районе, есть «музей антибахуса», где собрана обширная коллекция винно-водочной стеклотары — в том числе из-под плодово-ягодных вин. Заказывайте экскурсии!

«Дело не в напитке, а в культуре потребления!»

Егор честно признается, что сейчас он уже почти отошел от дел: коллекция создана, красуется в первозданном виде — десятки нетронутых бутылок с пробками. Свою задачу он выполнил и готов передать нажитое непосильным трудом в какой-нибудь музей. И нечего обвинять во всем плодово-выгодное: мол, если бы не оно, то не было бы в Беларуси пьянства.

— Все дело не в напитке, а в культуре потребления! Диагноз ведь зависит не от того, злоупотребляешь ты «Крыжачком» или Hennessy: если у алкоголика есть деньги, он будет пить дорогущие напитки. Так что я — за высокую культуру потребления любого алкоголя.

И если бы плодово-ягодные вина в Беларуси запретили, Сурский был бы доволен только по одной причине: его коллекция стала бы в десятки раз ценней.

«Большая справка»
В 2013 году на М1 случилась душераздирающая авария: в ГАЗ врезалась польская фура. Грузовик вылетел на встречку и опрокинулся. Пострадавших не было — если не брать в расчет три тонны бутылок плодово-ягодного вина в кузове ГАЗ. Тара разбилась, вино разлилось по проезжей части, так что пожарникам пришлось смывать его с дороги шлангами.

Фото:
  • Глеб Малофеев
+