Сценарист Руслан Сорокин: «Cмех — способ не потерять себя»
31 октября 2011 Интервью

Сценарист Руслан Сорокин: «Cмех — способ не потерять себя»

+

«Большой» не смотрит «Большую разницу», «Южное Бутово», «Слава Богу, ты пришел», «Папины дочки»… Эти проекты известны людям — адептам ТВ, но мало кто знает, что к их созданию причастен белорус, гомельчанин Руслан Сорокин. Еще один «наш» у «них».

— Ваша карьера началась с участия в КВН. Сейчас, когда вы уже достаточно известный человек, скажите, что для вас значил КВН?
— КВН — это кузница кадров. Количество талантливых людей, которых выпустил КВН, — огромное. Почти все игроки Высшей лиги работают на телевидении как сценаристы, продюсеры, организаторы проектов. КВН — хорошая, а главное, быстрая школа. По сути, это единственная юмористическая школа на постсоветском пространстве. Для меня КВН лично был тренажером. Подкачал мозг и от студенческой игры перешел в другую весовую категорию — телевидение.

— Возникает ощущение, что Александр Масляков (старший) тщательно отслеживает проявление талантов в Москве и по-отцовски трудоустраивает?
— Это абсолютно ложное ощущение. Александру Васильевичу еще только устраивать всех на работу не хватало. То, что многие люди работают на телевидении, — заслуга самих людей: это собственное трудолюбие, усердие и талант.

— Почему Москва привлекает — понятно, но почему она приняла вас?
— Москва — большое сито, которое просеивает людей. Хочешь узнать, что ты из себя представляешь, — езжай туда. Город дает большие возможности и напрочь лишает свободного времени и личной жизни. Я за 7 лет был, пожалуй, только на Красной Площади, да и еще в паре-тройке мест. Просто нет времени. Работа-дом. Отключать голову езжу в Европу. Это получается нечасто, но я привык к такому ритму жизни.

— Когда вы поняли, что не останетесь в Гомеле?
— Когда мой руководитель на Гомельском телевидении, просмотрев пилотный выпуск моей юмористической передачи, спросил: «А ты не хочешь устроится в отдел компьютерной графики и заниматься рекламой — сейчас заказов много?». Я понял, что вряд ли найду применение своим идеям там. Кстати, я все же рисовал рекламу. Моя гордость, как сейчас помню, — 15-секундный компьютерный ролик для молока «Божья Коровка». Его коммерческий отдел посчитал слишком дорогим, и заказчик отказался. Я писал сам сценарий, монтировал, рисовал графику. В общем, чем я только там не занимался. Разве что не торговался с заказчиком.

Sorokin_foto_Evgenij_Krasnook_2

— Можно ли сделать вывод, что вы приехали в Москву уже хорошим специалистом?
— Нет, тех умений было недостаточно. Знания на самом деле были поверхностными. Масштаб российских каналов очень сильно отличается не только характером работы, подходом, содержанием, но прежде всего ответственностью. Проект «Большая разница» именно такой — его смотрит вся страна, и за него не должно быть стыдно.

— Какими были первые времена в Москве?
— Понимаю, что нужно что-то сказать этакое — спал на вокзале, кормился хлебными крошками, отобранными у голубей. Нет. Во-первых, в Москве достаточно большая белорусская диаспора, и мы все стараемся поддерживать друг друга. Потому все было идеально: зарплата, которой хватало на съем комнаты на окраине, какие-то вещи первой необходимости и даже оставалось про запас. Но тратить этот «про запас» было некогда. Большой город и желание добиться успеха сделали меня трудоголиком. Когда же работа приносит удовольствие — рабочее время измеряется сутками. Самым сложным, пожалуй, было заставить слышать мои идеи и относиться к ним серьезно.

— Александра Цекало, корифея телевидения, не смутил ваш относительно молодой возраст и провинциальность в масштабах Москвы?
— Александр сам не москвич. У него как раз все было стандартно: вокзалы, крошки. Он часто рассказывает мне эту историю, иногда я пускаю слезу. А если без шуток, Саша проделал действительно сложный путь и об его становлении можно слагать былины. Его никто не звал на работу, а на его прошлой сказали: «Ты никогда не станешь артистом». Видимо, этот пинок в самое сердце самооценки и сделал свое дело. Так что я еще легко отделался в плане своего трудоустройства. Меня позвали мои тогдашние кумиры КВН — Виталий Шляппо, Леша Троцюк, Слава Муругов. Это были известные КВНщики команды БГУ, а ныне люди, которые формируют лицо канала СТС. Там, кстати, я с Цекало и познакомился: нас судьба свела на программе «Слава Богу, ты пришел». Разницу в возрасте мы стерли, рассказав друг другу пару пошлых анекдотов. Потом поговорили про телевидение, о жизни. Выяснили, что у нас много общего.

Sorokin_foto_Evgenij_Krasnook_1

 — Сегодня юмор стал другой — более жесткий, пошлый, даже оскорбительный. Почему, по вашему мнению, так происходит?
— Каждый канал ориентирован на своего зрителя. Если кто-то видит его молодым, дерзким, откровенным, динамичным — старается выстроить с ним такой же диалог в своем эфире. Так, канал ТНТ направлен на современную молодежную аудиторию, которым понятны шутки на грани фола. Проект «Большая разница», так же, как и Первый канал, ориентированы на семейную аудиторию, и хочется, чтобы над одной шуткой смеялись и бабушка, и внук. Хотя это непростая задача.

Знайте, если кто-то из ваших близких обижается на ваши шутки или поддевки — у него не все дома.

— Чем еще отличается «Большая разница» от других юмористических программ? И почему их стало так много?
— В этом шоу мы сделали ставку на умение смеяться над собой. Это очень редкое качество — самоирония. Я вообще считаю, что это признак психически здорового человека. Знайте, если кто-то из ваших близких обижается на ваши шутки или поддевки — у него не все дома. «Большая разница» тем и привлекательна. Мы демонстрируем — кто есть кто. Через призму пародий, правда. Хотя у нас нет задачи кого-то обидеть. Скорее, мы выражаем свой собственный, авторский взгляд на происходящее в мире шоу-бизнеса, на какие-то пороки общества. Берман и Жандарев после просмотра пародии на них отметили, что не ходят в белых носках. Понимаете? Это первое, на что они обратили внимание. Я чуть со стула не рухнул.

— Природа смеха кроется в защитной реакции организма. От чего защищается человек ХХI века? 
— Я считаю, что изначально через смех люди сообщали друг другу, что у них все в порядке, их жизни и здоровью ничто не угрожает. Пример: кто-то поскользнулся, упал — соседи бросились на помощь. Упавший сидит, смеется. Мол, все в порядке. Руки-ноги целы. Потом смех эволюционировал, и сейчас это способ доказать, что у тебя все хорошо. Сегодня с помощью смеха мы защищаемся от одиночества, отвлекаемся от волнующих нас проблем. Особенно в больших городах, где большую часть времени мы тратим на способ найти себя. Смех как эмоция, способ себя
не потерять.

Фото:
  • Евгений Краснюк
+