Венедикт Ерофеев: «С этими людьми мне не о чем пить»
20 января 2016 Интервью

Венедикт Ерофеев: «С этими людьми мне не о чем пить»

Чем ближе к выходным, тем крепче градус нашей любви к Венедикту Ерофееву — самому талантливому писателю среди алкоголиков и самому талантливому алкоголику среди писателей. Читайте — и не закусывайте.

КТО: Веничка
ПОЧЕМУ: он писал и пил виртуозно
ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ НА ФРАЗУ: «Ты как-то запала мне в душу, и я больше о тебе не вспоминал»

О ноябре
И как быстро наступает тьма в этом ноябре. Я раз махнулся — было еще светло, а как е*анул — полная темнота.

Можно ли жить в России с умом и талантом
Можно. Если приложить к этому усилия. То есть поменьше ума выказывать, поменьше таланта, и тогда ты прекрасно выживешь. Я это за собой наблюдал, и не только за собой.

О читателях из России
У меня были читатели очень дурного разбора. Им было наплевать на суть, главное, был оттенок запрещенности. Такие никогда не будут смотреть Рафаэля, а вот надписи в туалете Курского вокзала будут смотреть очень и очень.

О мериле таланта
Мы однажды говорили о прозе, и меня спросили, каким критерием мерить? И я сказал: очень простым критерием — сколько я б ему налил, это абсолютно точный критерий. Астафьеву ни грамма, Белову — ни граммули, Распутину — и то погодя, ну туда-сюда, грамм сто, Василю Быкову — полный стакан, даже с мениском, Алесю Адамовичу — даже сверх мениска, ну и так далее.

Дайте мне точку опоры
Мне не нужна стена, на которую я мог бы опереться. У меня есть своя опора, и я силен. Но дайте мне забор, о который я мог бы почесать свою усталую спину.

О вреде кислорода
Алкоголь удваивает силу человеческих чувствий и удесятеряет силу их проявления, независимо от того, хороши они или низменны. В состоянии максимального опьянения человек ведет себя натурально. Глупо, следовательно, обвинять алкоголь в том, что некоторые из его потребителей становятся до идиотства некорректными и агрессивными. Я думаю, говорить о вреде кислорода мы никогда не решимся, — а ведь ни один негодяй, ни один идиот не был бы идиотом и негодяем, если бы время от времени не дышал кислородом.

О диете для души
Я тучен душою. Мне нужны средства для похудания: ничегонеделание, сужение интересов и пр.

Об условии вечного существования
Я согласился бы жить на земле целую вечность, если бы мне прежде показали уголок, где не всегда есть место подвигу.

Об алкоголизме как искусстве
Я пил из горлышка, запрокинув голову как пианист, и с сознанием величия того, что еще только начинается и чему еще предстоит быть.

О гомосексуализме в головах
У публики ведь что сейчас на уме? Один гомосексуализм. Ну, еще арабы на уме, Израиль, Голанские высоты, Моше Даян. Ну, а если прогнать Моше Даяна с Голанских высот, а арабов с иудеями примирить? — что тогда останется в головах людей? Один только чистый гомосексуализм.

О пределе совершенства
А она — подошла к столу и выпила залпом еще сто пятьдесят, ибо она была совершенна, а совершенству нет предела…

Об идеальной женщине
Баба должна быть совершенно натуральной: понятливой, но одновременно глупой и многогранной. Т.е. быть и тонкой, и толстой, и слепой. И двенадцатиперстной.

веняяяяя

О паспорте для исключений
В паспортах таких людей, как я, надо вводить новые графы. Например, «размах крыльев» и пр.

О том, что выше всякого закона
Закон — он выше всех нас. Икота — выше всякого закона. И как поразила вас недавно внезапность ее начала, так и поразит вас ее конец, который вы, как смерть, не предскажете и не предотвратите.

О нашем поколении
Нет, честное слово, я презираю поколение, идущее вслед за нами. Оно внушает мне отвращение и ужас. Максим Горький песен о них не споет, нечего и думать. Я не говорю, что мы в их годы волокли с собой целый груз святынь. Боже упаси! — святынь у нас было совсем чуть-чуть, но зато сколько вещей, на которые нам было не наплевать. А вот им — на все наплевать.

Об отклонениях
Я восторженно приветствую любое отклонение от нормально человеческого! Но я не могу понять, почему отдает ся предпочтение «возвышению», если «верх» и «низ» — однородные отклонения от общечеловеческого уровня! К тому же возвышение — временно! А быть «ниже» — по свидетельству физических законов — гораздо более устойчиво!

Взгняни, взгляни в глаза мои суровые
Зато у моего народа — какие глаза! Они постоянно навыкате, но — никакого напряжения в них. Полное отсутствие всякого смысла — но зато какая мощь! (Какая духовная мощь!)Эти глаза не продадут. Ничего не продадут, и ничего не купят. Что бы ни случилось с моей страной, во дни сомнений, во дни тягостных раздумий, в годину любых испытаний и бедствий, — эти глаза не сморгнут. Им все божья роса…

О некоторых людях
Когда Господь глядит на человека, он вдыхает в него хоть чего-нибудь. А тут он выдохнул.

Коктейль от Ерофеева «Слеза комсомолки»
Лосьен для лица Лаванда — 15 Г
Одеколон Веббена — 15 Г
лосьен для лица Лесная вода — 30 Г
Лак для ногтей — 2 Г
Зубной эликсир — 150 Г
Лимонад — 150 Г
«Пьющий просто водку сохраняет и здравый ум, и твердую память или, наоборот, теряет разом и то, и другое. А в случае со «Слезой комсомолки» просто смешно: выпьешь ее сто грамм, этой слезы, — память твердая, а здравого ума как не бывало. Выпьешь еще сто грамм — и сам себе удивляешься: откуда взялось столько здравого ума? И куда девалась вся твердая память?..Приготовленную таким образом смесь надо двадцать минут помешивать веткой жимолости. Иные, правда, утверждают, что в случае необходимости жимолость можно заменить повиликой. Это неверно и преступно! Режьте меня вдоль и поперек — но вы меня не заставите помешивать повиликой «Слезу комсомолки», я буду помешивать ее жимолостью».

Внимание, вопрос
Знаменитый ударник Алексей Стаханов два раза в день ходил по малой нужде и один раз в два дня — по большой. Когда же с ним случался запой, он четыре раза в день ходил по малой нужде и ни разу — по большой. Подсчитай, сколько раз в год ударник Алексей Стаханов сходил по малой нужде, если учесть, что у него триста двенадцать дней в году был запой?

О целеустремленности
Кто хочет, тот допьется.

Я взволнован
На левую ногу я надел ботинок без носка, на правую — только носок. Пусть все видят, что я взволнован.

О любви к Родине
Любить Родину беззаветно — это примерно значит: покупать на все свои деньги одни только лотерейные билеты, оставляя себе только на соль и хлеб. И не проверять их.

Не жалуйтесь по пустякам
У вас вот лампочка. А у меня сердце перегорело, и то я ничего не говорю.

О том, что есть жизнь
Это напоминает ночное сидение на вокзале. Т.е. ты очнулся — тебе уже 33 года, задремал, снова очнулся — тебе 48, опять задремал — и уже не проснулся.

О большой любви
Ты как-то запала мне в душу, и я больше о тебе не вспоминал.

О загадочных девушек
И у них, у этих девушек, в душе что-то такое большое-большое, неразрешимое-неразрешимое, как проблема иранского Курдистана.

О еще более тяжелом врмени
О, самое бессильное и позорное время в жизни моего народа — время от рассвета до открытия магазинов!

Как я тебя понимаю
Я если захочу понять, то все вмещу. У меня не голова, а дом терпимости.

О поэзии
Куда ты ведешь нас, безумный старик? А х** его знает, я сам заблудился.