Владимир Соловьев: «Путин реально людям нравится, он прикольный»
11 января 2017 Интервью

Владимир Соловьев: «Путин реально людям нравится, он прикольный»

+
На творческом вечере Владимира Соловьева в Минске было драматично. Господин в черном пальто вызвал на бой гомосексуалистов и журналистов, европейцев и суррогатных матерей, Жириновского и американцев, украинцев и мигрантов — и объявил свою победу еще до того, как те успели явиться на поле битвы. Мы не настаиваем, но предлагаем вам ознакомиться с самыми яркими фрагментами выступления Владимира. Умейте выслушать и другую точку зрения, но не впадайте в заблуждение.
Соловьв
КТО: идеолог русского мира
ПОЧЕМУ: потому что его нужно знать в лицо
ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ НА ФРАЗУ: «Раз в сто лет у Европы возникает идиотическое желание — собираться в кучу и идти на Россию получать люлей».

О Каине и Авеле

«…И возложили дары свои Господу Авель и Каин. И Господь внял. И привнял, и привнек, и привнес, и привлек, и почувствовал, что Авель ближе. И Каин затаил в себе злобу. И убил брата своего…» Нам все время говорят: то, что происходит в нашей жизни, — из-за плохого образования. Из-за того, что что-то не так в воспитании. Из-за того, что не уделили достаточно внимания. Ну вот мы приблизились к истории, с которой практически все началось. Двое. Они дети. Их папа — Адам, мама — Ева. Даже страшно сказать, кто у них дедушка. С бабушкой там точно были проблемы. История умалчивает. И что, Адам и Ева не уделяли достаточно внимания воспитанию или воспитывали детей как-то по-разному? По-разному гладили по головке? У них не было клубов, куда они могли бы отправляться. Их никто больше после змеи не отвлекал. А результат-то печальный. И убил Каина Авель. Я иногда смотрю на лица людей и думаю: а каждому ли досталась душа? Вот они ходят, они кричат, и ты смотришь на них и видишь: это же бесноватые. Ты видишь, что у них бесы, и спрашиваешь: а душа-то у вас где?

Об американской свободе

Ты можешь быть, кем захочешь. Можешь быть абсолютно свободен. Свобода дает тебе все. Но это все — что? Сначала было: «Я хочу молиться так, как хочу». Пожалуйста! «Я хочу зарабатывать». Зарабатывай. «Жениться». Пожалуйста. Ну, мы же свободная страна? «А если я родился мальчиком, а хочу быть девочкой?» Можно. «А если я родился девочкой, а хочу быть мальчиком?» Тоже можно. «А если я родился девочкой, но не хочу быть ни мальчиком, ни девочкой, а хочу быть гоблином?» Поздно, ты уже им родился.

О человеческом эго

Папа Римский может быть женщиной? Да, после операции по изменению пола. Если вдуматься, то все религии несвободны. Кто сказал, что священник должен быть только мужчиной? Это же сексизм! Так, постепенно, шаг за шагом выстраивается абсолютная свобода, где в центре вместо Бога — человеческое эго. Оно должно доминировать. Остальные не могут противоречить. И начинается крестовый поход, который не терпит все иное. Этот либеральный поток очень хорошо ложится на достижения замечательной американской военной машины.

О русском мире

Подходит ко мне женщина, пыхтит: «Соловьев, вы сторонник русского мира!» А я ей говорю: «Вообще-то я еврей». Тяжелая пауза. «Ну, вы же за русский мир?» — «А что это?» — «Нет, это вы мне расскажите». Если это территория русской культуры: Чехов, Толстой, Достоевский — да. Я за русский мир. Я и за англо-саксонский мир. Мне Шекспир очень нравится. И дальше что? Мало того, я и за китайский мир. Очень мне нравятся китайские философы и китайская еда.

У нас прекрасное отношение к мигрантам. У нас плохое отношение к хамам, которым наплевать на наши традиции

О языках

Я не националист. Разговариваешь на русском — молодец, на белорусском — вообще красавец, на украинском — дай бог тебе здоровья!

О фашизме

Во время той страшной войны один мой дед из ГУЛАГа попал на фронт и погиб. Другой прошел всю войну и закончил ее в Берлине. Но так получилось, что я еврей, и часть моей еврейской семьи — из местечек. Их похоронили живыми, шесть человек, за то, что они были евреями. Как я могу смотреть в лицо этим людям и говорить: «Ну, Бандера, ну, Шухевич, это не страшно?» Не могу. Я не могу слышать про Хатынь. Мне просто больно. Как это можно забыть, как это можно простить? И когда что-то через губу, высокомерно мне немецкие коллеги начинают объяснять… Или когда идет резолюция об осуждении нацизма, а страны, которые голосуют против, — США и Украина? У меня один вопрос: что случилось с великой Украиной? С великим добрым братским народом? Сколько украинцев погибло, сколько украинцев свои жизни отдало ради победы? Сколько замучено было? Они что, забыли?

О Жириновском

Жириновский — это такой наш подарок из Казахстана. Владимир Вольфович Жириновский, который вдруг стал великим русским националистом: «Пора возвращать в Россию императора! И императором будет Владимир Первый!» Ну, после этого он у меня на передаче был. Я спрашиваю: «Владимир Вольфович, а вы кого имели в виду?» — «А может быть, и себя!».

О хоккее

У наших президентов много общего. Например, любовь к хоккею. Хотя разница в том, что ваш президент в него играет. А наш только в шестьдесят лет впервые встал на коньки. Беседую с Путиным после одного из хоккейных ристалищ: «Владимир Владимирович, вы забили одиннадцать шайб». А он грустный! Я говорю, как так получилось? «Если я хорошо, быстро бросаю, то вратарь точно отбивает. А если медленно, то он успевает отъехать от шайбы». Но все это — с бешеной иронией.

Соловьев Владимир

О Беларуси

Стоят люди и кричат: «Хай жыве вялікая Беларусь!» А кто против? А в чем проблема? Меня сегодня спрашивают: «Вы что, не знаете, что вы пытаетесь нас захватить?» Мы? Чем?..

О российском флаге на Паралимпиаде

Вот идут паралимпийцы. Настроение ужасное, Олимпиаду вообще смотреть не хочется. Подло, гадко, мерзко. Инвалидов обидели, ну как так? И вдруг красавчик разворачивает флаг России. Вот я вам скажу, никогда в России так не любили Беларусь. Это больше миллиона слов, больше чего угодно. Вот этот человек — просто красавец. И это не сломать. Такие вещи не делаются по приказу сверху, это должно быть внутри.

Об истории

В столкновении двух богоборческих систем Господь положил свой взгляд на то, что было Советским Союзом. И дал им возможность страшными жертвами, но победить. Не утонченному тевтонскому духу, не Вагнеру, не всей культуре, которая за этим стояла, не рукоплещущей нацизму Европе… Ведь надо же помнить, что за этим стояло на самом деле. Париж встречал нацистов цветами. Бедные поляки, сейчас рассказывающие, что злые Советы и нацисты одновременно начали войну, забывают, как в 38-ом они же хапнули часть Чехии. Лучше же об этом не помнить! А попросите европейцев рассказать что-нибудь о конференции в Эвиане. Почему они не помнят, что тогда не смогли решить простой вопрос о приеме евреев и обрекли тем самым их на уничтожение? Но Европа же хочет быть чистенькой.

О Европе

Великая западная цивилизация? Сто процентов! Но инквизиция-то их. Крестовый поход за крестовым походом — их. Карл, понимаешь, где-то был Великий — их! Наполеон — тоже их. Гитлер — и тот их. Нацизм — их. Фашизм — их. Социализм — и тот, страшно сказать, тоже их. Мы же сидим себе и сидим, только говорим: к нам не лезьте! «Нет, — отвечают. — Не так сидите. Чувствуем, в вас что-то есть такое злобное».

О войнах с Россией

Раз в сто лет у Европы возникает идиотическое желание — собираться в кучу и идти на Россию получать люлей. Зачем они это делают? Дружить с нами гораздо лучше.

О гомосексуализме

Что делать, если Господь оказался страшным шовинистом? Что с мужиком не делаешь, а он, сволочь, не беременеет! Нет, я понимаю, что на него можно в суд подать за это. Был же один еврей, который в Израиле подал на Господа Бога в суд. Не очень умно. Но ведь американцы говорят: «Нет-нет, пусть это будет называться семьей». Почему семья? Если я вижу козла, я же не называю его коровой. Потому что он козел. Если вижу осла, то говорю, что это ослик — а не мишка косолапый. Даже если он хочет им быть. Если это мужчина — то мужчина, если это женщина — женщина. Если они живут вместе, то это семья. Господь так распорядился, чтобы у них появлялись детки. А тебе говорят: «Вы не демократы, получается». А меня вообще Господь обидел: я думал, я два метра ростом, блондин, голубые глаза — подхожу к зеркалу, вижу, ложь. «Нет, у гомосексуалистов должно существовать право быть семьей со всеми вытекающими последствиями». Ну, Господь не дал! «Пусть они усыновляют детей». Но это же не категория «пусть». Дети, это что — товар? Заметьте, какая тенденция: какие-то странные мужики непонятно откуда заводят себе детей.

О суррогатном материнстве

Если у ребенка была суррогатная мать, он сталкивается с предательством в самый первый момент своей жизни. Ребенок стал товаром. Вы вдумайтесь, этих детей, как правило, несколько, и заказчик выбирает удавшегося. Но это же живая душа! Это чистой воды богоборчество. И когда это богоборчество приобретает политический вид и начинает в виде либертарианской идеи кричать: «Это есть свобода, так должно быть!» — то люди сначала смотрят, а потом у тех, кто религиозен, мощной волной идет отторжение — и вот у нас получается радикальный ислам.

О мигрантах в Европе

Европейские города уже не похожи на ту Европу, которую мы знали. Это говорит не злобный русский дух. Первой об этом написала великая итальянская журналистка Ориана Фаллачи. Да, Европа всегда принимала беженцев. Это было правильно. После трагедии Гражданской войны, Великой Октябрьской социалистической революции куда поехали многие из двух с лишним миллионов человек, в момент лишившихся родины? В разные страны Европы. Но это были люди европейской культуры. Они пришли не изменять эту культуру, не взрывать и не уничтожать, а относиться к ней с уважением. Но разве те мусульманские анклавы, которые образуются в Европе, хоть о каком-то уважении… К кому, к кому они могут относиться с уважением? К мужчинам, которые говорят своим женщинам: «Потерпите, потерпите. Пусть немножко пощупает, но главное, чтобы ничего не было»?

Я иногда смотрю на лица людей и думаю: а каждому ли досталась душа?

О мигрантах в России

Город Архангельск. Злой. Зима. Ну, в Архангельске всегда зима. Три дня лето, а потом опять зима. Мигранты пытались пробраться в Скандинавию, но ненадолго задержались. Пошли на дискотеку. Ну, решили, что типа в Германии, все можно. Но из больницы они попытались вызвать полицию. Приехала полиция, и из палаты их перевезли в реанимацию. После чего мигранты поняли, что у русских какое-то неправильное к ним отношение. А мы говорим: «У нас прекрасное отношение к мигрантам. У нас плохое отношение к хамам, которым наплевать на наши традиции». Мало того, ни один нормальный человек не будет против мигрантов. Мы все помним Великую отечественную войну. Куда переселялись семьи? В Среднюю Азию. Потом возвращались. Конечно, мы им обязаны. Конечно, у нас есть чувство благодарности за совместную историю. Просто хамить не надо, уважаемые.

О белорусских журналистах

Вот я сегодня беседовал с местной прессой. Истеричные девушки. Солнышко, слушай, давай я тебе просто так надиктую, а ты нарежешь, как хочешь? Тебе же все равно неважно, что я говорю. У тебя же сверхзадача. Ты же не хочешь наблюдать, у тебя заложены готовые ответы, и ты хочешь их транслировать. Тебе не интересно, правда это или неправда, имеет значение, что твой хозяин тебе заказал.

О Путине и Трампе

Когда у народа появляется возможность голосовать, он отдает свой голос за того, кто говорит вещи, более-менее соответствующие его представлению о жизни. Вы считаете, что за Путина заставляют голосовать под дулами автомата? Да он людям реально нравится, он прикольный. Он живой. Он людей слышит. У него реакции человеческие. Вы что, считаете, что Трампа выбрали, потому что он прощупал всех голливудских звезд? Нет, потому что они были в ужасе от Хиллари, от всего, что происходило — а он говорил простые человеческие вещи: «Задолбали!» Ему в ответ: «Нельзя говорить «задолбали»!» — «А вы все равно задолбали».

О несогласных

То, что сейчас происходит с Европой, — это же анекдот. Почему они каждый раз судят? Кто им дал моральное право судить? «Россия — война! Россия — агрессор!» — кричали эти придурки. Может, они перед американским посольством это кричали? Нет, не кричали. Почему? «Не за то заплачено-с».

Текст:
  • Алена Весельчак
+