Юморист Владимир Винокур: «Мы все артисты  внутреннего пользования»
9 марта 2013 Интервью

Юморист Владимир Винокур: «Мы все артисты внутреннего пользования»

+

Владимир Винокур поделился с «Большим» своими воспоминаниями о Советском союзе, рассказал о том, что успел выступить практически перед всеми руководителями страны, и объяснил, почему балет в России больше, чем балет.

КТО: голосистый юморист
ПОЧЕМУ: потому, что он друг Лещенко
ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ НА ФРАЗУ: «России всегда нужен был волевой человек, царь»

— Во все периоды своего существования социалистическая массовая культура активно обращалась к сатире, юмору и комическому жанру, почему? Это такое особенное проявление «свободы слова»?
— Я никогда не занимался сатирой, занимался юмором, пародиями, потому не понимаю, о чем ты говоришь.

— Юмор больше борется или вуалирует?
— Сатира борется, вуалирует юмор.

— Среди поклонников вашего творчества были многие руководители страны. Скажите, существовала ли государственная цензура на смех?
— Цензура — это понятие условное, а антиправительственная пропаганда, призывы к смене власти — это совсем иное. Такие попытки «шутить» пресекались в любом государстве… Ну, и что толку, что сегодня официально нет цензуры. Она все равно исподволь существует, просто нет главлитов, никто не смотрит на тексты, не контролирует ситуацию на ТВ. Но когда с экрана идет мат, иногда задумываешься о прошлом.

— Вас приглашали выступать перед Брежневым. Расскажите о Леониде Ильиче.
— Выступал я не только перед Брежневым, застал всех, кроме Сталина и Хрущева.

IMG_1096

— Над чем смеялся Брежнев, может быть, что-то просил повторить?
— Я застал его в то время, когда он уже не очень-то понимал, о чем речь. Могу сказать только, что человек он был добрый и позитивный, любил красивых женщин и всегда улыбался при их появлении.

— Перед кем вам еще удалось выступить?
— Успел увидеть молодого Горбачева и Раису Максимовну, конечно, много общался с Ельциным и Путиным. Ельцин был довольно жизнерадостным человеком, даже в быту он не ругался матом, просто не любил ненормативку, хотя работал на строительстве, и это меня как выпускника монтажного техникума удивляло. Самый живой по реакции на юмор, конечно, Путин. Я с ним общался и вне сцены. У него прекрасная память и умение хорошо рассказывать анекдоты. Кстати, за него я и голосовал, и выступал на концертах в поддержку.

— Как человек, вхожий в круги высшего руководства, скажите: может ли власть любить народ?
— Президентская судьба настолько несчастна: не принадлежишь себе, семье, не имеешь личного времени. Не каждый человек смог бы жить такой жизнью. Любить или не любить народ — вопрос сложный. России всегда нужен был волевой человек, царь. Не просто там друг, соратник и товарищ по работе, а человек, который может повелевать и заставлять людей не праздно отдыхать, а жить и работать.

— То есть рабская психология неискоренима?
— Она необходима. Потому что как только народ расслабляется и кричит о демократии, начинаются выходы на улицу, демонстрации по любому поводу — то гей-парады, то выступления радикалов, то девочки из Pussy Riot позволят себе оскорбительный выпад в сторону религии. Хотя я, конечно, не доводил бы все до тюрьмы, просто нужно было отшлепать их и отпустить, чтоб неповадно было. Но, в принципе, в законе любого государства есть каноны, которые не прощают такие поступки.

«Большая справка»: :
Владимир Натанович Винокур родился в семье весьма известного в Курске строителя Натана Львовича Винокура. С 1963 по 1967 годы учился в Курском монтажном техникуме, но в 1969 году, еще находясь на военной службе, поступил в ГИТИС. Сегодня он Российский юморист, певец и телеведущий. Заслуженный артист РСФСР (1984), Народный артист РСФСР (1989). 26 ноября 1991 года был назначен советником вице-президента РСФСР по делам культуры.

— Честно говоря, хочется задать такой наивный вопрос: советский социализм нами, представителями поколения XXI века, воспринимается как некая четко регламентированная система «связанных одной цепью и движущихся к одной цели». А вы и Лев Валерьянович выглядели такими задорными, смешными прикольными парнями… Как вами воспринимался СССР? Что стояло за этим бравым посттоталитарным смехом?
— Сегодня только ленивый не ругает СССР. Я не поклонник и не сторонник тоталитарной системы, но во времена СССР было много положительного. Была вера в совесть, меньше воровства, коррупции, артисты были в привилегированном положении, потому что государство их искало, находило и помогало. Сегодня же артисты беспризорные, потому девочкам нужны богатые дяди, которые дадут денег на репертуар, ротацию, а мальчикам -— как повезет…

— Раньше не воровали, потому что «совесть» была или просто боялись?
— СССР — огромная страна, где было плановое хозяйство, прожиточный уровень был нормальный, все были сыты, одеты. Может быть, не так, как хотелось бы, но голодных, бомжей, беспризорных детей не было на улицах. Было сильное государство, сильная армия, первый космонавт в мире, передовая наука. Сегодня же мы пришли к тому, что убрали министра обороны, который к обороне не имел никакого отношения, окружил себя людьми, которые разворовывали армию, а ведь могущество армии — это уверенность страны.

IMG_0964

— Но и в период СССР вы стали свидетелем расстрела на Привокзальной площади Курска в 1968 году. Как вам тогда объяснили СМИ мотивацию парней, и что вы сами думаете по этому поводу?
— Это была бандитская акция, в которой «наширявшиеся» вооруженные солдаты устроили бойню, но это не значит, что тогда время было такое. Сегодня на каждом шагу стрельба, и не только на свадьбах, но и в быту… Раньше я ездил в Чечню на гастроли и, поверьте,— это было самое чистое время: полные залы, вечерние прогулки по Грозному. Кто мог подумать, что когда-нибудь там будет война? Так же было в Махачкале, Дагестане, в Баку армяне жили с азербайджанцами в мире. Но наступил определенный момент, когда все стали автономными, и началось… Получилось так, что народы стали делить территорию. Это всегда бывает при развале большого государства.

— Очевидно, что в вас говорит ностальгия?
— Ну, конечно. Была огромная страна, прекрасная молодежная организация — комсомол, в котором был отдел культуры. Мы все оттуда — и Лев Валерьянович, и Кобзон, и Алла Борисовна Пугачева, Валентина Толкунова и Валерий Леонтьев, Лариса Долина, Геннадий Хазанов — нас всех поддержал комсомол. Мы все ездили на фестивали, нам помогало государство. Даже моя первая машина — «жигули» красного цвета — мне досталась только после подписи первого секретаря ЦК комсомола.

Ни один певец, артист, кроме, возможно, Хворостовского, не соберет полный зал в Европе или Америке.

— В 70-е годы вы ведь уже ездили за границу. Какие установки давали?
— Самой главной установкой на то время была одна — не оставаться. Нас обязательно сопровождали сотрудники комитета, говорили, что будет масса провокаций, но мы ни разу с этим не сталкивались.

— Как вы считаете, за чем больше следили представители властей СССР: о чем вы шутите или сколько зарабатываете?
— Во времена СССР мы все зарабатывали одинаково. Был период, когда Алла Борисовна получала, как и неизвестный артист, потому что платили не в зависимости от того, сколько зрителей ты собираешь, а за звание. Позже, конечно, начались левые концерты, корпоративы. Хотя сегодня, по сути, происходит то же самое, только это называется шоу-бизнес — и за такую деятельность не нака­зывают.

— Да, шоу-бизнес разно­образил нашу эстраду: шутки стали «ниже», песни менее содержательны. Это и есть «проданный смех»?
— Время такое, когда можно удивить, только если показать заднюю часть. Несмотря на то, что она есть у каждого, на чужую всегда интереснее посмотреть. Хотя потребность в искусстве осталась. Но меня забавляет, когда читаешь или слышишь, как наши артисты утверждают, что собирают за границей полные залы. Я склонен утверждать: мы все — артисты внутреннего пользования. Ни один певец, артист, кроме, возможно, Хворостовского, Мацуева, Башмета, Спивакова, которых действительно знает весь мир, не соберет полный зал в Европе или Америке. Извините, не в обиду будет сказано всем нашим звездам, пусть это и очень хорошие артисты типа Филиппа Киркорова и Коли Баскова. Им никогда не собрать залы с местным зрителем в Париже или Нью-Йорке, так как их зритель — это эмиграция и только.

— Как юморист, ответьте, почему в самые трудные времена в СССР по ТВ показывали именно балет «Лебединое озеро»? Этот балет, по сути, был знаком «сверху»…
— П.И. Чайковский… Грустная музыка в балете… Самая подходящая для того, чтобы сделать переворот.

Фото:
  • Николай Куприч
+