Юрий Зиссер: «Чем сильнее человек ненавидит евреев, тем сильнее он ненавидит всех остальных за что-нибудь другое»
18 июня 2015 Интервью

Юрий Зиссер: «Чем сильнее человек ненавидит евреев, тем сильнее он ненавидит всех остальных за что-нибудь другое»

+

«Большой» любит евреев и попросил Юрия Зиссера не обижаться на количество вопросов о них. Юрий и не думал этого делать, а рассказал нам о природе ненависти, о том, как одновременно его могут считать прислужником режима и угрозой госбезопасности, и о том, почему нельзя снимать материал с сайта.

КТО: основатель и совладелец крупнейшего интернет-ресурса Беларуси TUT.BY
ПОЧЕМУ: мы удивляемся, что за пять лет существования журнала, Зиссера еще не было на обложке
ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ НА ФРАЗУ: «Другие» — это всеобщая причина нелюбви к кому бы то ни было: к христианам, мусульманам, соседям, даже к коллегам из другого отдела или жителям соседнего двора»

— Юрий, у вас есть дома Тора?
— Есть. Внешне похожа на Библию, только тоньше, потому что Ветхий Завет — составная часть Библии. Правда, читать я ее не могу, поскольку не знаю иврита. Но, так как читал Библию, знаю, о чем написано в Торе.

— Юрий, скажите, как отличить еврея от не еврея? Что должно быть у настоящего еврея?
— Настоящий еврей считает себя евреем. Все остальные признаки еврейства второстепенны.

— Юрий, вы еврей?
— Да. Стопроцентный. В советском паспорте было указано, что еврей, а в свидетельстве о рождении — что оба родителя евреи.

 

Юрий Зиссер

 

— Скажите, почему евреев так много среди управленцев, представителей творческой интеллигенции — и так мало среди работников, например, дорожных служб?
— Тут как минимум две причины. Первая — в странах рассеяния на протяжении столетий евреев не допускали ни к какой производственной деятельности: им нельзя было работать, заниматься ремесленничеством, носить оружие и даже возделывать землю! Все, что оставалось, — сфера услуг, которая в Средние века и Новое время вплоть до начала двадцатого века сводилась к посредничеству, пресловутым торговле и финансам — просто потому, что больше их никуда не допускали. Вторая причина — у евреев всегда высоко ценилась ученость, все еврейские дети обязаны уметь читать Тору, поэтому даже в Средние века и Новое время большинство евреев умело читать. Главной заботой еврейских родителей во все времена было дать детям хорошее образование. Ну а дальше вступают в силу обычные социальные причины. Мы же не удивляемся, почему молодые белорусы или французы после университета не хотят класть кирпич или доить коров.

— Вы согласны с тем, что территория современной Беларуси всегда была очень лояльной к евреям и эту традицию нужно продолжать?
— Безусловно! Отличная традиция. Если в соседних странах еврея традиционно воспринимали как врага, то в Беларуси — как человека, похожего на тебя и одного с тобой, что ли, ранга, пусть во многом другого. В культурологии есть даже специальный термин «другой» для обозначения таких отношений между этносами-соседями. Моя жизнь разделилась пополам: я родился и 27 лет прожил во Львове, мне есть с чем сравнить.

Когда донор определяет редакционную политику СМИ, это уже не журналистика, а пропаганда, на чью бы мельницу она ни лила воду.

— На ваш взгляд, если сравнивать два народа, евреев и белорусов, чего не хватает белорусам, чтобы стать такими же успешными?
— Этнос не может быть успешным. Успеха достигают лишь люди и компании. Но тенденция есть. Вспомнилось, как в одном из ранних интервью небезызвестный Борис Березовский ответил на аналогичный вопрос: «Евреи умеют держать удар». В детстве моя мама любила повторять: «Сынок, мы евреи. Нас не любят. Поэтому чтобы жить, как все, и учиться, как все, ты должен все знать и уметь на две головы выше всех». А когда я получал не пятерку, а четверку из-за сложности материала и пытался оправдаться тем, что пятерки в классе в этот день не получил никто, мама говорила: «Меня не интересуют все, меня интересуешь ты!» Сейчас этот вид мотивации именуют achievement. Увы, неслучайно в русском и белорусском языках для этого слова нет синонима. Евреев не любят за то, что они пытаются «быть умнее всех». Кстати, необходимость выжить в недружественной среде стимулирует не только евреев. Это нужно любому некоренному народу — достаточно взглянуть на фамилии известных россиян. А представителям коренных этносов любой страны никому ничего не нужно доказывать. Белорусский народ пережил столько катаклизмов, что понятно, откуда взялись фразы вроде «не высовывайся». Однако белорусы, оказавшиеся за рубежом, сами попадают в новые обстоятельства. Им по ходу приходится приобретать качества, необходимые для выживания. Не зря о жизнестойкости белорусов ходят анекдоты. Так что неуспешными их я бы не называл.

— Почему евреев не любят?
— Да потому что они «другие»! Разве к мусульманам, китайцам, белорусскоязычным или геям народ в массе относится лучше? «Другие» — это всеобщая причина нелюбви к кому бы то ни было: к христианам, мусульманам, соседям, даже к коллегам из другого отдела или жителям соседнего двора. Природа ненависти психофизиологическая. Чем сильнее человек ненавидит евреев, тем сильнее он ненавидит всех остальных за что-нибудь другое. Чем спокойнее человек относится к евреям — тем спокойнее он и к другим проявлениям «других».

— Мир может существовать без конфликтов на национальной и религиозной почве?
— Увы, не может, поскольку многим людям присуща физиологически обусловленная агрессивность и желание подчинить других своей воле.

— Если возникнет опасность, вы уедете из Беларуси или останетесь здесь, возглавите партизанский отряд?
— Если не будет опасности жизни и здоровью — хочу жить здесь. Воевать точно не буду, я сугубо мирный человек.

 

Юрий Зиссер

 

— За что белорусы могут любить и уважать евреев?
— Да сколько можно про евреев! Давайте уже про велосипедистов. В общем, можно любить конкретных людей и уважать хорошие организации. Но как можно любить целый этнос или гордиться своим происхождением? Это все равно что уважать людей с родинками, то есть уважать или гордиться тем, что заслугой самого человека не является. Еще вспоминается фраза, по которой легко распознать антисемита: «И среди евреев бывают хорошие люди». Так вот, я хочу сказать: и среди евреев бывают плохие люди. И среди белорусов разные. Все люди разные.

— Юрий, вся редакция журнала «Большой» вас любит, уважает и не знает о вас ничего плохого. Расскажите, что плохого видят в вас оппоненты? По пунктам.
— Спасибо, что хорошо относитесь! Приятно. Мне тоже нравится ваш журнал. Кто-то из оппонентов видит во мне лидера конкурирующего СМИ. Не обходится и без зависти. Однако большинство недругов считает меня возмутителем общественного спокойствия. Причем за одни и те же информационные материалы деятельность портала и моя расценивается одними как угроза государственной безопасности, другие за те же самые публикации и высказывания считают меня «прислужником режима», а портал — проектом спецслужб. Почитайте форумы. За последние полтора десятка лет я убедился, что многим не нравится взвешенная позиция, объективность сама по себе. Им нужно, чтобы на все события заботливо расклеили ярлыки. Оборотная сторона белорусской толерантности — необходимость в адреналине. Самый легкий для журналиста способ добиться его у пользователей — писать тексты лозунгами. То, что эмоции и информация — вещи разные, понятно не всем. Мы абсолютно уверены, что информация должна быть разносторонней и необходимо давать слово всем сторонам.

— Что сегодня Юрий Зиссер решает в TUT.BY?
— Три с половиной года назад я оставил должность генерального директора и передал ее своему преемнику Александру Чекану. С тех пор я председатель общего собрания участников, по-английски — Chairman. Появляюсь в TUT.BY один-два раза в неделю на несколько часов на ключевых совещаниях, где решаются крупные вопросы: акционерные, финансовые, новые направления бизнеса, встречи с VIP-посетителями и т.д. Всегда занимался исключительно бизнес-стороной дела. Я ведь по профессии не журналист, а программист. Как и раньше, наши новости читаю раз в сутки перед сном, поэтому возмущенные звонки героев заметок всегда застают меня врасплох, я никогда не понимаю, о чем речь. Они думают, что я сижу в редакции и одобряю каждую из двухсот заметок в сутки!

За одни и те же публикации деятельность портала и моя расценивается одними как угроза государственной безопасности, другие же считают меня «прислужником режима», а портал — проектом спецслужб.

— К вам лично обращаются с просьбой снять материал? Как вы поступаете в таком случае?
— Да, бывает, что обращаются. И ко мне, и на портал. Ко мне обращаются напрасно, потому что я не сотрудник редакции, у меня нет физической возможности снять материал, а юридически нет власти, чтобы заставить редакцию это сделать. Обычный довод звонящего: «Нас заказали конкуренты». Фраза произносится много раз, громко и эмоционально. Благодарю за звонок, обещаю разобраться. Читаю статью, к которой претензии. Если из текста и общения очевидно, что материал просто не понравился, но при этом собеседник подтверждает, что все изложенные факты верны, я вежливо и сочувственно объясняю, почему информационная заметка не может быть похожа на рекламный текст, а читатель должен знать правду, нравится она кому-то или нет. Если же искажены факты, я немедленно обращаюсь в редакцию, которая за пару минут исправляет неточность. К счастью, такое случается очень редко — может, раз в год. Снимать материал — никогда не снимаем. Если мы так станем делать — это сразу бросится в глаза, мы потеряем авторитет перед читателями.

— Что вы думаете о состоянии журналистики в Беларуси? Как относитесь к попыткам государства регулировать интернет?
— Во всем мире СМИ живут на рекламные деньги. Однако в Беларуси рекламный рынок существует лишь в демоверсии, это копейки. За малым исключением белорусские медиа убыточны и без дотаций нежизнеспособны. А когда донор определяет редакционную политику СМИ, это уже не журналистика, а пропаганда, на чью бы мельницу она ни лила воду. Еще непрофессионализм. Белорусской журналистике есть куда расти. Ну, и очень жаль, когда хорошие журналисты и управленцы медиабизнеса уезжают или удаленно работают на российские и западные СМИ. Что касается интернета, его регулирование пока свелось к серии законодательных актов, принятых для того, чтобы любой сайт мира в любой момент можно было сделать невидимым в Беларуси.

— В связи с последним обращением президента: ощущали ли вы когда-либо реальный, на деле, а не на словах, антисемитизм со стороны властей Беларуси?
— Нет. На деле не ощущал.

— Вы патриот? Ваша дочь живет и работает в Минске при всей возможности уехать за «лучшей жизнью».
— Смотря что считать патриотизмом. Квасной патриотизм, когда все «наше» лучше «не нашего», мне абсолютно чужд. Считаю, что патриотизм — это ответственность перед страной, в которой живешь. Я чувствую моральные обязательства перед людьми и обществом, которые на себя взял, и верен им. Что касается дочери, она училась и работала в Минске, но давно мечтает получить степень МВА за границей.

— «Хартия-97» упрекала вас в том, что вы часто негативно отзываетесь о них в интервью. А каков ваш «кодекс чести» поведения с конкурентами?
— Конкурент — тот, из-за кого твоя прибыль уменьшается. Но у нас с большинством популярных в Беларуси сайтов разные источники дохода. Мы зарабатываем на медийной рекламе. На ежегодно устраиваемой нами конференции «Деловой интернет» всегда приглашаем выступать и участвовать коллег по цеху. Что касается конкретно «Хартии», вроде я никогда не упоминал их в интервью. Называл лишь в ответах на прямой вопрос о моем отношении к этому сайту. По-моему, такое случалось всего дважды. Один раз они втихаря записали на мобильник мою встречу со студентами ЕГУ и опубликовали куски, вырвав их из контекста. Второй — в апреле 2013-го после окончания пресс-конференции по Беларуси в фонде Карнеги в Вашингтоне все вышли на улицу, и журналист радиостанции «Голос Америки» спросил меня наедине, что я думаю об этом сайте. Так этот папарацци вставил мой ответ в свою статью так, как будто я это заявлял с трибуны! Характерно, что и наши «верхи» обиделись на ту же самую публикацию: я с трибуны упоминал о недостаточной ценности прав человека в белорусском обществе. В итоге для одних я оказался «придворным бизнесменом», а для других — «сделал антипрезидентское заявление». Яркий пример того, как одну и ту же информацию можно использовать в противоположных целях.

— У вас дома стоит настоящий орган, вы недавно получили консерваторский диплом «исполнителя старинной музыки». Какие еще удивительные факты о Юрии Зиссере мы не знаем?
— Путешествия, любовь, гастрономические слабости и краткие ежеутренние занятия йогой!

Фото:
  • Александр Обухович
+