«Это не подвиг. Это безумие». Экипаж «Большого» добрался до Воркуты
29 августа 2013 Мир

«Это не подвиг. Это безумие». Экипаж «Большого» добрался до Воркуты

+

Многие предлагали Дмитрию Новицкому ехать в Магадан, но он отказался.
Наверное, потому, что в Магадан дороги есть. А в Воркуту — нет. ​

Самое главное, когда за окном минус 30, воет ветер и метет пурга,—  не терять оптимизма. Улыбаясь, рассказывать фотографу, что все в порядке: бензина почти полный бак, а за спинами две полные 35-литровые канистры. Еды на неделю, водки на две, табака на месяц — Глеб, ну что ты приуныл — прорвемся. Глеб, видишь, как удачно стали: на горке, низину уже засыпало по пояс, а с холма ветром снег сдувает. Поэтому стоять можем долго, сутки, двое. Ничего страшного, Глеб — не переживай, мы будем живы.

DSC_1616

И Глеб вроде заулыбался, поверил — но на душе у меня скребут не кошки, там воют волки и точат когти белые медведи. Мне страшно, у меня холодок внутри. Назад 500, вперед километров 150, вокруг в радиусе многих километров ни души: тундра, Заполярье. И ведь метет, пурга метет, а к ночи точно занесет, так заровняет, что не надо хоронить.

Это Север, а с Севером шутки плохи: случись малейший сбой в электронике Range Rover Evoque — и что тогда? Жечь красивые кожаные сиденья? Брести наугад в пурге 50 км до ближайшего лагеря газпромовцев? Шансов выжить — ноль. И страшно не за себя, страшно за Глеба. За то, что потащил его за Полярный круг, к черту на кулички.
И жалко маму.

Техника
Для поездки был выбран абсолютно стандартный Range Rover Evoque Coupe. Трехдверный кузов, заказные спортивные сиденья от Jaguar, 6-ступенчатый «автомат» и 240-сильный турбомотор. Цена такого автомобиля в Минске — примерно от 64 тысяч долларов. Как едет? В городе, по трассе — идеально, лучший транспорт для дорог бывшего СССР. Мощный мотор, достойная управляемость, большой дорожный просвет: настоящий универсальный автомобиль.
Как только выехали на трассу, стало понятно: Evoque — один из лучших Gran Turismo для российских направлений. Обгоны даются легко: 7,6 секунды с 0 до 100 км/ч, под рык мотора все чадящие «Камазы» остаются далеко позади. Подвеска позволяет мчать, не разбирая дороги, поэтому Evoque — один из лучших вариантов для одинокого российского ковбоя. Утром в Москве, вечером в Петербурге, завтра в Петрозаводске… Недостатки тоже есть: чтобы «гасить» по ямам, нужны высокопрофильные шины, штатные низкопрофильные легко «убить» на ямах. Задней подвеске немного не хватает энергоемкости: когда багажник завален канистрами и снаряжением, на трамплинах ее «замыкает».
Но это мелочи. Главное: абсолютно стандартный Range Rover Evoque преодолел 2.500 км от Москвы до Воркуты! Последние 1.000 км — по зимникам, которые «проходимы» только для грузовиков и подготовленных внедорожников.
Поломок в пути не было.

Поэтому шутишь, балагуришь,  так медленно текут минуты. Сечет по окнам пурга, играет джаз, с ним веселее. И минус 30.

Но, слава Богу, часа через два, — проблески фар, урчание мотора, в нас упирается «Урал».

—  Что? В Воркуту? На этом? Да вы больные! Вы на Range Rover Evoque точно не пройдете, я на своих трех мостах едва ползу. Стойте здесь, ждите, как успокоится пурга, потом по зимнику пойдет бульдозер, за ним, может, и доковыляете до Воркуты.

—  Нам сейчас надо.

—  Тогда, черт с вами, «жмите» передо мной, как застрянете — зацеплю тросом, дотащу. Но если бампер или радиатор оторвете  — я не виноват.

DSC_3967

Ну, мы и «пожали». Полетели: давно я так не ездил, чтобы газ в пол, или пан, или пропал. На горках, где снег сдувает ветром, разгоняешься — и со всего маху, под хруст переднего бампера, падаешь в снежную целину. Воет мотор, снежные фонтаны заливают лобовое стекло, скрипишь зубами — родная, родная, цепляй, выноси — и из последних сил Range Rover выкарабкивается на новую горку, свободную от снега.

Если и были в ту ночь на Земле измочаленные люди — это были мы. Пошатываясь, две тени проскользнули в гостиницу, упали на кровати — и уснули. До этого мы не спали 30 часов. Мы прорывались в Воркуту. И мы прорвались.

Мы добрались в город, в который не ведут автомобильные дороги.

Труба
Труба дала Воркуте шанс: город не вымер только благодаря газопроводу «Ямал — Европа». Он идет по дну моря, выходит на поверхность у Байдарацкой губы и далее, мимо Воркуты, Инты, Ухты — идет к конечным потребителям в Западной Европе. Проходит через территорию Беларуси.

Вообще — это безумие. Сообщение с Воркутой только по железной дороге или по воздуху. Автомобильного сообщения с «Большой Землей» нет. Но с 2010 года стараниями «Газпрома», для обслуживания ТРУБЫ, прокладывают зимники: это дороги, которые существуют только зимой. Болото замерзает, по нему проходит бульдозер, второй, за бульдозерами идут грузовики, так и появляется зимник.

DSC_3735

«Прямого» зимника до Воркуты нет: это петляющие отрезки от одного поселка вахтовиков до другого. С «Большой Земли» из гражданских лиц до Воркуты добираются только безумцы на подготовленных внедорожниках: они потом выкладывают видео в Интернет и пишут о подвиге.

Мы поехали на стандартном Range Rover Evoque на стандартной всесезонной резине, с которой он продается и в Аляске, и в Австралии.
И мы доехали до Воркуты.

Как добраться
До недавнего времени автомобильной дороги до города вообще не было. Единственный вариант попасть в Воркуту на автотранспорте: в Ухте (примерно 680 км до Воркуты) погрузить свой автомобиль на ж/д платформу. Путь до Воркуты занимает примерно 24 часа. Но в связи с плохой организацией перевозок время в пути может увеличиться до 8 суток.
В 2010-м появились зимники. «Тем не менее, проехать по ним все равно возможно только на подготовленной внедорожной технике», — так пишет «Википедия».​

Это не подвиг. Это безумие. По крайней мере, так охарактеризовали поездку специалисты.
Окей, безумству храбрых мы ставим диагноз — но что делать в Воркуте нормальному человеку?

Во-первых, удивиться ценам на проживание. 100 долларов в сутки за номер-комнатушку с туалетом и душем в коридоре.

DSC_3800

—  А что? У нас приезжих много, все платят, не жалуются…

Приезжих действительно много: и все они здесь исключительно по делу. Переизбытка туристов в полузаброшенном городе за Полярным кругом нет, но есть ТРУБА. Часть газопровода «Ямал-Европа», которую нужно обслуживать, запускать новые ветки и т.д. — поэтому гостиницы в Воркуте всегда заняты, номер дешевле 100 долларов днем с огнем не сыщешь. Выходим из отеля, отправляемся на променад. Все верно: город делится на приезжих, так или иначе связанных с ТРУБОЙ, и местных. Тех, кто решил остаться.

Воркута 
Воркута расположена на севере Республики Коми, на реке Воркута. Находится за Полярным кругом, в зоне вечной мерзлоты. Название города с ненецкого языка переводится как «много медведей», «изобилующая медведями», «Медвежий угол». Рабочий поселок Воркута был основан в начале 1930-х годов геологами на месте разведанных запасов каменного угля. В конце 1930-х — начале 1950-х годов в Воркуте был расположен один из крупнейших лагерей ГУЛАГа — Воркутлаг. В начале 1951 года его узниками были 73 тыс. человек. В 1953 году произошло Воркутинское восстание — одно из крупнейших в СССР. После реорганизации ГУЛАГа в Воркуте продолжали работать учреждения МВД. Кроме того, город оставался местом ссылки до 80-х годов XX века.
Климат субарктический: Воркута расположена примерно в 150 километрах севернее Полярного круга и всего в 140 километрах от побережья Северного Ледовитого океана.
Безморозный период составляет всего около 70 суток, продолжительность зимы — около 8 месяцев.

Я бы не остался: Воркута — это Минск, в котором исчезли все окраины. Закрыты «Горизонт», «МАЗ» и «МТЗ». Окраины брошены: стоят жилые дома, магазины, есть улицы. Но людей нет: дома зияют глазницами окон. Люди ушли из этого города в конце 90-х — начале 2000-х.

—  Город умирал постепенно, — делится Татьяна Андреева, директор компании «Воркута-Тур». В советское время у нас была теплица — все растения вымерзли, когда за неуплату отключили электричество. Была ферма, которая поставляла молоко детским садам: она тоже разорилась, закрыли. Зарплаты на шахтах упали, люди постепенно начали разбегаться.

DSC_2741

С 1996 года население Воркуты сократилось на 30%, а те, кто остался, уверяют нас, что с проведением ТРУБЫ жить стало лучше, жить стало богаче, жить стало веселей. Зарплаты увеличились: теперь за адский труд шахтер получает 1-1,5 тысячи долларов. Добывая уголь в вечной мерзлоте.

Немая сцена, занавес: билет на поезд до Москвы стоит сто долларов, и очень странно, что нет прямой зависимости между выдачей аванса и продажей билетов до Москвы в один конец.

Зачем жить в Воркуте?

Возможно, из-за людей. Это Север, это северные люди: и здесь русские разительно отличаются от русских средней полосы. Они улыбаются, они помогают, они честны. Здесь, в этих условиях, то, что ты не предатель, по-прежнему важно. А другие просто не выживают.
—  Мы не понимаем, как вы в средней полосе живете. Злые вы там какие-то, недоверчивые. Смотри, если в средней полосе едешь по трассе, сломался — все москвичи проедут мимо, остановится помочь только наш «11-й» регион…

Мирный атом
На территории Воркутинского района были произведены два атомных подземных взрыва. Первый взрыв — 2 июля 1971 года на глубине 542 метра, в 20 километрах от Воркуты, недалеко от железнодорожной станции Хановей. Второй — 29 августа 1974 года на глубине 583 метра недалеко от станции Сейда близ Воркуты. Взрывы имели не военное, а хозяйственное значение: с их помощью зондировали в научных целях глубинные слои Земли.

Но я все равно не понимаю, как, а главное, зачем живут здесь, за Полярным кругом. В магазинах продукты стоят в два раза дороже, чем в Москве, холод, ветер, полярная ночь, а летом гнус и комары. Из развлечений: водка и бары с караоке, репертуар которых — попса из 90-х. Вокруг бескрайняя тундра, Полярный Урал. До Северного Ледовитого океана — рукой подать. Мое глубокое убеждение: белый человек не должен жить в таких местах. Здесь должны жить коми и ненцы, коренные народы этих заснеженных степей.

DSC_4199

—  Из тундры в город много оленеводов заходит… На Спартакиаду народов Севера столько приезжает, что не поймешь, где олени, а где люди. Интересные они. Если в тундре тебя встретит — издалека машет. «При-и-и-ве-е-ет», — кричит, хотя видит тебя первый раз. Бежит, радуется. Но очень обидчивые, если подумают, что над ними подшучиваешь — моментально нож достанут, могут и порезать. Недавно туристы какие-то оленя у ненцев подстрелили, так те два дня их держали в гусеничном транспортере, не давали уехать и выйти, обстреливали из ружей.

Дорога
Добраться до Воркуты просто — от Москвы нужно доехать до Вуктыла. Это несложно: к Вуктылу ведут автомобильные дороги. Дальше они заканчиваются — и начинается тысяча километров «зимников». Правила поведения на «зимнике» просты: нужно иметь запас топлива, чтобы хватило минимум на два дня. Нужны запасные колеса, нужен запас еды, нужен запас одежды. Нужна смелость и водительские навыки: добрая половина из этой тысячи километров — ледяной серпантин.

Так и живут: Дикий Запад, голливудские вестерны. Ситуация выглядит так: есть тундра. Есть люди — коми и ненцы (индейцы), живущие здесь испокон веков. Пасут оленей. Есть белые — русские, которые взялись из ниоткуда. Во время царской России они просто брали налог за защиту от непонятно кого, а в советское время принялись строить шахты и поселки. Теперь белые скачут по снежной степи как ковбои — что-то крутят в своей трубе, живут в вахтовках на колесах, как в свое время покорители Америки. Оба эти течения пересекаются в фактории, читайте, Воркуте: все заезжают сюда выпить водки, зайти в магазины, спеть в караоке-баре и подраться.

DSC_3961

Русские и оленеводы друг другу мешают: коренные народности мешают русским спокойно расковыривать тундру, белые мешают пасти оленей.
Но как-то живут.

А мы заводим Range Rover Evoque — и мимо брошенных шахт и крестов ГУЛАГа едем к океану, на Байдарацкую губу.

Грустный буддист
Это причал, который охраняет самый одинокий сторож в тундре. Он сторожит океан. Дословный диалог:
—  У вас телевизор есть? Радио?
—  Нет.
—  Вы, наверное, много читаете, кроссворды разгадываете?
—  Все прочитал. Все разгадал.​

Потрясающие виды. Захватывающая красота. В заполярной тундре нет ничего — абсолютно ничего, кроме ослепительно белого снега, шапок полярных гор и ветра. Тепло, всего минус 25, но ветер моментально пронизывает насквозь, заставляя нырять в теплый кожаный салон Evoque и отогревать скрючившиеся пальцы. Это Заполярье.

DSC_37701

Это не Египет, не Карелия и не ОАЭ. Это тундра, Полярный Урал — и красота. Красота, смешанная с ощущением Севера, когда в любой момент может нахмуриться небо, дунет ветер: и все, пурга началась. Дорогу ты больше не увидишь: если вытянуть руку перед собой, даже пальцы не разглядишь. Пурга часто означает смерть.

Это сложно 
В самых сложных местах зимников постоянно дежурят мощные бульдозеры: они вытаскивают застрявшие грузовики и занимаются расчисткой трассы после пурги. На обратном пути к экипажу Дмитрия Новицкого и Глеба Малофеева присоединился Витольдас Милиус: литовский путешественник-рекордсмен. Поезд Воркута-Москва преодолевает путь за 47 часов. Дмитрий и Витольдас, сменяя друг друга за рулем, «сделали» путь Воркута-Москва за 43 часа. Рекорд.

Но пурга не началась. Ни сегодня, ни завтра: мы успели побыть в Воркуте и одним рывком «выскочить» из города, к которому не ведут автомобильные дороги.

DSC_4441

Все закончилось благополучно — и вот я в Минске, сижу на летней террасе с Антоном Кашликовым и объясняю ему, зачем все это нужно. Светит солнце, весенними бабочками порхают девушки в платьях, а мне…

—  Антон, в обычной жизни скучно. Я, наверное, и ехал ради этого момента — когда замерзали в пурге. Это катарсис, переосмысление всего: и простая, звериная радость от того, что остался жив. Теперь мне снова скучно. Поедешь — в Магадан?

DSC_5681

Фото:
  • Глеб Малофеев
+