Крымские заметки Алисы Бизяевой. «Доченька, и я не хочу войны…»
4 августа 2015 Мир

Крымские заметки Алисы Бизяевой. «Доченька, и я не хочу войны…»

+

Хорошая знакомая «Большого», писательница Алиса Бизяева уже давно живет в Крыму. Ее «Крымские заметки» чем-то напомнили нам «Окаянные дни» Бунина, и мы сразу решили завести блог Алисы на нашем сайте. Читайте, проникайтесь: хроника крымских событий от первого лица.

Первая часть:
Крымские заметки Алисы Бизяевой. Остров Крым

 

Моя улица, ежедневно топая по которой, наблюдаешь грозное плато Мангупа, упирается в дамбу. За ней удивительной красоты белокаменное озеро, окруженное лесом из карликовых дубов, сосен и кизила. В этой крымской глуши чувствуешь себя совсем иначе, чем на туристическом побережье и высушенных солнцем городах Крыма. В лесах водятся кабанчики, лисы и олени, молчаливо наблюдающие, непуганые. В небе парят ястребы, в реках плещется ручьевая форель, роится в ногах, щекочет щиколотки, когда переходишь реку вброд.

В Новоульяновке мы оказались волей судеб: познакомились с Катей и Максимом (к тому времени они жили здесь уже 4 года) и остались у них на всю осень. Когда появилась возможность (вот уже три года прошло с тех пор), мы купили свой маленький домик. И были счастливы в нем, общаясь в основном с такими, как мы, переселенцами, которых здесь становилось все больше.

В Крыму деревни, на удивление, обжитые и оживленные. В Новоульяновке, где 100 с лишним дворов, не выйдет снять жилье на пару дней, чтобы погостить на озере. Почти в каждом доме живет большая семья. А к одиноким бабулям по выходным приезжают толпы родственников.

«Нам всё равно, какое государство и какой президент. У нас своё государство – говорит cоседская молочница Лютфие, показывая на свои руки. – И свой президент, – показывая на свою голову”

Большинство местных жителей работают от зари до зари. Земля и лес дают им еду. Они выживают за счет животноводства, делая молоко, сметану, творог и сыр и продавая его на рынке в городе. Кое-кто подворовывает и пилит на подставки под горячее заповедный можжевельник. Мужчины чинят машины или нанимаются строить – летом много работы на Южном берегу Крыма. Женщины, которые попроще, работают на тепличном комбинате или на производстве полиэтиленовых пакетов. Кому-то приходится ездить на работу в соседний поселок Куйбышево – там почта, администрация поселка, дом культуры, больница, школа и детский сад. Небольшие сельские магазины – продуктовые, хозяйственные или стройматериалов – держат в основном татары. Не помню, чтобы прежде местные жаловались на правительство и политиков. Все жили и живут очень просто, но выращиваемой еды и денег на жизнь всегда хватало.

Они не особо верят, что счастье и достаток свалится на них свыше, понимая, что их благополучие зависит от того, насколько хорошо они поработают каждый день. Их философия – простая житейская мудрость. «Нам всё равно, какое государство и какой президент. У нас своё государство – говорит cоседская молочница Лютфие, показывая на свои руки. – И свой президент, – показывая на свою голову”. Это правда – здесь было одинаково тихо, когда Киев качало на революционной волне, и после того, как власть в стране поменялась. В долине было особенно тихо, все затаились, когда в Симферополе решалась судьба полуострова.

Оказалось, что мы не всегда знали наперед, на какой стороне в грядущем конфликте окажутся наши друзья. Разговоры о том, что с Украиной что-то не так начались потом, думаю, вместе с тем, как раскачивать лодку начало телевидение. Крым не может считаться ничьей родиной, здесь все временно, проездом, здесь нет людей, которые могли бы болеть за него душой. Это вечно спорный кусок суши, смесь культур, а в последнее время – все больше бескультурья.

Не помню, чтобы прежде местные жаловались на правительство и политиков. Все жили и живут очень просто, но выращиваемой еды и денег на жизнь всегда хватало

Неведомо откуда взялась ненависть ко всему украинскому. Раньше некоторые обыватели разве что сетовали, что детям приходится учить украинский язык — в Крыму большинство школ с русским языком обучения. Для меня это звучало дико – знание дополнительного языка – это всегда плюс. Оказалось, что так же считают единицы. И на этом кто-то неплохо сыграл, причем подножку подставили новые украинские власти. Незадолго до референдума в кабинете зубного мне довелось слушать молодого мужчину, который всерьез рассказывал новость, по-своему интерпретируя только что принятый Думой закон, что за общение на украинском языке будут наказывать тюрьмой.

Еще он поведал утку о том, что в Крыму выдают российские паспорта «Беркуту» и готовятся раздавать их всем желающим. Тогда это звучало дико. Я краснела от желания возмутиться, не имея возможности закрыть рот и возразить. Вскоре в городе стали появляться плакаты в духе «Крым – Россия» и «Фашизм не пройдет».

Алиса Бизяева

В выборе политических приоритетов люди руководствовались чисто практическими, в их понимании, соображениями: сосед, во дворе которого ещё до референдума полоскался триколор, боялся потерять работу – он сторожил российский военный объект. Другой был уверен, что с приходом Европы придётся регистрировать свой кустарный бизнес. А его устраивало работать «вчерную». Такие семейные производства здесь не редкость – чинят бытовую технику, делают сыр и молоко на продажу, держат авто-мастерские, мастерят нехитрую мебель, окна и двери, перепродают подержанные велосипеды, сдают жилье – платить налоги с этих нехитрых заработков никому не хочется. «Европа» означала необходимость легализовать такой бизнес – а кому это нужно?

В один из дней над общежитием появился российский флаг и его накренило ветром. Мы очень удивились, когда флаг поправлял мальчик из семьи крымских татар. Его отец виновато оправдывался, что, мол теща настояла. Так что все было замешано на банальном страхе – пусть даже это был страх потерять доверие тещи. Ясно, что для большинства (сколько там их было, 86%?) «переезд» в Россию ассоциировался с безопасностью и процветанием. Разочаровались ли они? Думаю, нет. Телевидение продолжает подбрасывать им повод для радости и уверенности в правильности своего выбора – «возвращение на родину», «воссоединение со старшей сестрой», и самое главное – и на этом мы сходимся во мнениях – что не бомбят и не стреляют. А ответственность за все несчастья: подорожание, дефицит продуктов, отсутствие воды из Северо-Крымского канала, перебои с электроэнергией – как подсказывают в тех же новостях, следует спихнуть на украинские власти.

Сосед, во дворе которого ещё до референдума полоскался триколор, боялся потерять работу – он сторожил российский военный объект. Другой был уверен, что с приходом Европы придётся регистрировать свой кустарный бизнес. А его устраивало работать «вчерную»

Какое-то время и мне было страшно. Я опасалась того, что могут возникнуть конфликты сторонников отделения с крымскими татарами, которые в целом поддерживали украинскую сторону. Кстати, татары в нашей деревне вели себя очень аккуратно и тихо, не высказывая публично свои взгляды. Но с нами они охотно делились своим неприятием происходящего. Мы знали, что некоторые из них специально ездили на материк – на выборы президента Украины. А наш магазин, где продавщица – крымская татарка, стал редким местом, где был постоянно включен украинский канал.

Один дед, косясь на дверь магазина, вдруг стал рассказывать мне, что татары мол, которые хорошо знали тропы, помогали немцам во время второй мировой. Думаю, подобные обобщения и стали поводом для того, чтобы после войны из Крыма выселили всех крымских татар. Мне стало так тоскливо от этой его враждебности, и я ответила, что не хочу войны. Он вдруг заплакал и сказал: «Доченька, и я не хочу войны. Ты уж прости меня, старого дурака. Вам, молодым, здесь жить».

Те, кто считал, что будет безопаснее на материковой Украине, уехали. А на их место в Крым подтянулись те, кто имел паранойю, связанную с «лихими бандеровцами». Они и теперь считают, что Крым – это самое безопасное место в геополитическом смысле. Прямо сейчас, несмотря на полный туман будущего, строят дома и ремонтируют квартиры. Поклонники «азиатской мечты» собирают вещи и покупают билет в один конец на Шри-Ланку или в Тайланд. Кто-то заглядывается на дешевую недвижимость Болгарии. Продать развалюху в горной Крымской деревне можно за 20-30 тысяч долларов – в Болгарии за эти деньги можно позволить себе квартиру с видом на море. Наш хрупкий крымский ауровильчик, который мы с таким трудом собирали по крупицам, рассыпается, разлетается во все концы земли…

 

 

Третья часть:
Крымские заметки Алисы Бизяевой: «Гирлянда санкций»

Автор:
  • Алиса Бизяева
Иллюстрации:
  • Никита Куреннов
+