Судный день. Крымские заметки Алисы Бизяевой
25 сентября 2015 Мир

Судный день. Крымские заметки Алисы Бизяевой

+

Хорошая знакомая «Большого», писательница Алиса Бизяева уже давно живет в Крым и ей есть, что сказать. Читайте, проникайтесь: хроника крымских событий от первого лица.

Предыдущие части:

Остров Крым

«Доченька, и я не хочу войны…» 

«Гирлянда санкций»

«Исчезающая культура»

 

Решение воссоединиться со своей большой демонической сестрой обошлось крымчанам дорого. Несметное количество бумаг и документов нужно подтвердить, перевести и переоформить: личные документы, право на недвижимость, автомобили и т.п. По закону в Украине необязательно регистрироваться по месту фактического проживания. Поэтому так случилось, что многие коренные крымчане оказались прописанными «за границей» и теперь вынуждены пройти довольно унизительную процедуру — доказать факт своего фактического проживания через суд. В суде требуют предоставить разные доказательства: свидетельства о рождении детей на территории Крыма, справки с учебы и работы, чеки из магазинов и выписки о пользовании счетом на территории полуострова. Но самое главное, что нужно предоставить, — это показания свидетелей, которые могут подтвердить, что заявитель постоянно проживал в Крыму незадолго до референдума.

В вестибюле мы встречаем нашего приятеля из Германии Ханса. Он купил землю в Крыму недалеко от села Плотинное, построил дом для своей семьи. Здесь у жены Ханса Светланы родилось еще двое детей. Несколько лет и немало бумажной волокиты понадобилось, чтобы получить вид на жительство в Украине, но грянул референдум, и теперь Хансу нужен другой вид на жительство — российский. В украинском Крыму Ханс, гражданин Германии, мог находиться без визы, а теперь в Крыму он на птичьих правах — для въезда в РФ нужна виза. Он не решается ехать куда-нибудь за пределы полуострова, пытаясь найти способы легализоваться в новой ситуации.

Судья приветствует нас словами: «Шо вы улыбаетесь?! Если так все будут улыбаться, никто не поверит, что у нас здесь все серьезно»

Его жена, Светлана, из Украины, этим летом вместе с четырьмя детьми поехала в Одессу повидаться с родителями. А на обратном пути ее развернули на украинском пункте пропуска — ночью, в дождь высадили из автобуса, вместе с малышами и после трех часов разбирательств все-таки отказали во въезде в Крым (ровно в этот день приняли новое постановление, по которому украинско-крымскую границу дети не могут пересекать по свидетельству о рождении, как раньше). Ребенку с самого рождения для въезда в Крым необходим заграничный паспорт.

Но все же обычно о крымских украинцах, которые почти единогласно и почти добровольно, хотя вряд ли целиком осознанно, всем полуостровом «поменяли» национальность, заботятся обе стороны. О том, в какой ситуации оказались иностранцы на спорной территории, все молчат. Мало того, с 4 июня 2015 года вступило в силу постановление №367, которое усложнило либо сделало невозможным для иностранцев, в том числе постоянно проживающих в Украине и Крыму, попадание на полуостров. Из материковой Украины они могут въехать в Крым только при наличии разрешения, оформленного в миграционной службе. Выдают его на основании прямого родства с крымчанином либо при наличии недвижимости в Крыму. Въезд на территорию Крыма со стороны керченской переправы украинская сторона рассматривает как нарушение статьи 204-й о незаконном пересечении границы.

khan-saraj-diaryВ-ТЕКСТ

В суд я пойду первый раз в жизни. Хотя теперь это обычное дело, рутина крымчан. Эту процедуру прошли многие мои друзья. Судья приветствует нас словами: «Шо вы улыбаетесь?! Если так все будут улыбаться, никто не поверит, что у нас здесь все серьезно». Как оказалось, «ваша честь» любит пошутить. Я удивляюсь — неужели они до сих пор носят мантию! Свидетелей приглашают по очереди, я стою за дверью и невольно подслушиваю. Слышу нечто неразборчивое, неоднократно повторяется что-то про «Бендеры». Думаю, к чему бы это. Я все детство жила в 10 километрах от этого милого, ни в чем не повинного городка. «Может, этот татарин Ибрагим, один из свидетелей, родился в Бендерах». Подошла моя очередь отвечать. Меня приглашают в зал судебных заседаний. Это маленькая комнатка. Меня спросили, где и когда я родилась. Я ответила, что в 80-м в Одессе. «А, так вы тоже… бендеры…» «Так вот он к чему это», — наконец додумалась я. Судья долго нас спрашивал, то и дело несмешно юморил на манер одного экстравагантного преподавателя журфака БГУ, госпожи Беляковой. Обнаружив, что зарегистрирована я в одной деревне, а проживаю в другой, он нетактично предположил: «А в Одессе у вас еще две квартиры». Я грустно промолчала. «Скажите, а как вы помните, что с гражданкой О. познакомились именно в 2013 году, а не в 2014-м?» «Знаете, память у меня ни к черту, поэтому я перед судом подготовилась и сверилась со своими дневниковыми записями». Ваша честь оценил такую неподдельную искренность. В итоге наши показания сделали решающее дело, и подруга сумела доказать бытие на просторах Крыма до марта 14-го года. Но решения суда для получения гражданства нашей подруге оказалось недостаточно.

 

 

+