18+

Режиссер Андрей Звягинцев: «Я исхожу из других начал»
25 декабря 2011 Интервью

Режиссер Андрей Звягинцев: «Я исхожу из других начал»

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
Восемь лет назад фильм Андрея Звягинцева стал триумфатором Венцианского кинофестиваля и получил сразу два Золотых льва. С тех пор режиссер со своими картинами является важным гостем престижных международных фестивалей. Не остался в стороне и минский кинофестиваль «Листопад», на котором он представил свой новый фильм «Елена». В интервью «Большому» Андрей поделился своими мыслями насчет главного минского кинофестиваля, рассказал о своем видении социальных драм и развенчал миф о том, что добро всегда побеждает зло.

— В ваших фильмах в основном преобладают темы любви и жестокости, две крайности человеческого бытия. Почему именно они являются главными в вашей кинематографической деятельности?

— Этими вопросами я не задавался, и это меня вряд ли интересует. Вы же видели фильм «Возвращение»? Подобным образом там устроен сценарий. Жесткий и патриархальный отец, который совершает с детьми обряд инициации, посвящает их во взрослый мир. А взрослый мир — мир мужчины — это очень жесткая школа. Я не могу сказать, что именно эта тема движет мной на протяжении моей деятельности. Могу сразу ответить, если вы спросите, волнует ли меня тема семьи. Ничего подобного.

Режиссер Андрей Звягинцев

— Есть мнение, что Россия является ведущей страной в жанре «социальной драмы». Почему социальные драмы отведены русскому режиссеру для представления на мировой арене?

— Я не думаю, что это так. Есть и американские социальные драмы, есть блестящие британские. Британский режиссер Майк Ли, например, снимает их одну за другой. Они так и называются «социальные драмы», однако фильмы сами, по сути, намного глубже, чем это может показаться. Я не могу сказать, что фильм «Елена» — это социальная драма в том числе. Это поверхностный взгляд. Социальная проблематика присутствует в этом фильме и, может быть, в большей мере, чем в остальных только по той причине, что фон и декорации очень актуальны и узнаваемы. Ясно, что это Россия и Москва, хотя кто-то мне говорил, что это вовсе и не Москва, из-за того что мы там насобирали всего чего только можно. Но это самая что ни на есть Москва московская. Это что ж нужно такое сделать, чтобы люди убедились, что это Москва? Может, Кремль показать или звезды… Но все равно это просто декорация, на фоне которой происходит вечная человеческая драма, не социальная драма, а именно вечная человеческая драма. В Канаде, в Торонто, у нас было 4 показа фильма «Елена», на двух из которых я присутствовал. После фильма были вопросы-ответы, и я ждал, что сейчас эти канадцы, американцы и европейцы начнут говорить: «боже мой, неужели у вас в России все так плохо?». Но никто ничего подобного не произнес. Меня это очень порадовало. Значит, эта история понятна всем и универсальна. От русского же колорита в фильме осталась только одежда, объекты внешнего мира, язык, но не более того. Где здесь социальный вопрос? Вопрос вечен, и предлагается решение этого вопроса: как всем бедным внезапно стать богатыми. И поэтому когда мне французы говорят, напишите для пресс-кита какую-то фразу «о социальной классовой борьбе в России», я теряюсь. Мне нечего написать об этом.

— Очень много рецензий на этот фильм про классовое неравенство…

— Ну, оно есть там. Но можно ли говорить о том, что хоть как-то эта тема в фильме разрешается? Тогда простая примитивная мысль: убей олигарха, спаси Россию. Или наоборот: «не пускай этого охламона на двор», как они говорят. Разве это смысл фильма? Поэтому это не социальная драма, а документ, свидетельство духовного состояния общества. Я очень был рад, что история вернулась из Британии, где мы должны были снимать фильм, к нам, в Россию. Такое всегда было и такое будет, потому что этот фильм о человеке. Но именно сегодня эта тема, как тромбы в сосудах, — расширяет пространство и становится весьма актуальной. Сейчас эта история как никогда актуальна.

— Можно сказать, что вы идеалист? Или идеалистические ноты отсутствуют в вашем мышлении?

— Мне казалось всегда, что я идеалист и совсем не реалист. Но если бы я был идеалистом, может быть, иначе сложилась бы эта история, да и финал был бы другим. Ведь действительность заставляет опро­кинуться в реальность и понять, кто мы и с чем имеем дело. Есть миф, что добро побеждает зло. Эта сказка работала на протяжении веков. Люди верили, что действительно это так. Мне кажется, что XX век принес горький опыт человечеству. Первая мировая, о которой мы сейчас уже почти ничего не знаем, и Вторая мировая война, вытеснившая своей жестокостью первую. А сегодня из юного зрителя вытесняют память и про Вторую мировую. Люди уже не помнят о тех событиях. Может, и хорошо, что не помнят этот кошмар. Но эти события, эти колоссальные и циничные истребления, они поселили в умах людей другой миф. И не считаться с этим нельзя. Зло, порою, бывает не наказано. И что с этим делать? Говорить толпе, что все будет хорошо?

— Откуда берется желание снимать кино?

— Этот вопрос для меня неподъемный. Я так не мыслю. Я исхожу из других начал. Я читаю литературные сочинения и ищу историю, которая попадет мне в самое сердце. И когда ты понимаешь, что ты без этой истории жить не можешь, то начинаешь над ней работать. Я исхожу из этого, не включаю фантазию. Моя фантазия крайне бедна.

— В новой волне российского кино есть тенденция: многие режиссеры приходят из театра. Вы, Иван Вырыпаев, Игорь Волошин… Классическое режиссерское образование сдает свои позиции?

— Сейчас открыты возможности для всех. Раньше до 90-го года, до колоссальных перемен совершенно невозможно себе было представить, что ты станешь режиссером. Это была такая недоступная каста, такие жрецы, которые ведали нечто такое, что было недоступно. И попасть туда было совершенно нереально. Другой вопрос, дискредитирует ли это профессию или нет. Ну, если хорошо получается, то почему бы и нет?

Андрей Звягинцев

— Поэты, режиссеры и писатели должны быть голосами и зеркалами эпохи. Какой след оставите вы в своей эпохе?

— Я исхожу из конкретных вещей. Я не думаю о задачах будущего. Я не думаю о том, что надо сообщить грядущим поколениям. Таких амбиций и грандиозных планов я не строю.

Верю ли я, что все предопределено судьбой? Это бегство от ответственности — предполагать, что все предопределено. Возможно, что судьба — это предмет неизученный и действительно как-то всерьез работает в нашей жизни, биографии каждого. Нужно помнить, что в твоих руках есть еще и возможности что-то поменять. Вот человек посмотрел «Шепоты и крики» Бергмана и говорит, что его оглушило. Нельзя сказать, что все в твоих руках, но и говорить, что все в руке судьбы, тоже неправильно. Вообще, надо делом заниматься. Нравится сценарий — берешь его, делаешь и понимаешь, что это все про нас. Делаешь конкретно.

— Фестиваль «Лістапад» слож­но сравнивать с ведущими ев­ропейскими фестивалями. Что здесь не так, на ваш взгляд?

— Мне трудно говорить. Я только приехал, и сразу видно, что немного с организацией сложновато. Я не вижу выбора фильмов и не вижу, кто и что на фестивале представил. Возьмем Каннский фестиваль, например, ему уже где-то 70 лет. Каннский фестиваль заслужил авторитет давным-давно. Там все работает, как часы. Там профессионалы на каждой позиции. Это является обязательным условием. Там жесточайший регламент входа на красную дорожку. Даже если ты корреспондент или фотограф, на тебе должна быть бабочка и смокинг. На дорожку однажды даже не пустили Тарантино, потому что он был без смокинга. Я не знаю, как дела обстоят в Беларуси, так как ничего не увидел на церемонии. Но мировая тенденция церемоний сегодня идет к упрощению. Никаких масштабных выступлений и песен с плясками. Все лаконично и по делу и направлено на экономию чужого времени.

Знаю, что на фестивале в Торонто есть огромный кинорынок, так как это важно для продюсеров. Кроме просмотров, существуют секции для дистрибьюторов. Если это важно для продаж фильмов, то это надо показывать. Очень хорошо, что нас пригласили, потому что это огромный кинорынок, там нас купили испанцы, американцы, новозеландцы. И когда это важно для продвижения фильма, это и престижно. Важно ли это в ваших условиях, я не знаю. Я не знаю, какое состояние проката у вас, но в Украине дела плачевны. Если у вас есть цензура и не все можно показывать в кинотеатрах, то мало кому это привлекательно и интересно. Важно отражать жизнь такой, какая она есть, а не лепить мякину с картонными делами.

— Кинофестивали сегодня делаются для бизнеса?

— Если говорить о фестивале авторского кино, то это не бизнес. Фестиваль нужен сложным фильмам, у которых очень тонкий слой аудитории. Им нужны фестивали, некое привлечение зрителей. Это не бизнес, а возможность вернуть затраченные средства.

Фото:
  • Николай Куприч
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Вам срочно нужна квартира на сутки в Барановичи? Не переживайте, наш сайт предоставляет вашему вниманию множество отличных предложений, чтобы Вы смогли максимально быстро и выгодно, а главное, без посредников снять квартиру в Барановичах. Более детальную информацию вы можете получить на нашем сайте: sutkibaranki.by

OOO «Высококачественные инженерные сети» осваивает новейшие технологии в строительстве инженерных сетей в Санкт-Петербурге. Начиная с 2007 года, наша компания успешно реализовала множество проектов в области строительства инженерных сетей: электрическое обеспечение, водоснабжение и газоснабжение. Более подробная информация на сайте: http://spbvis.ru/